Репликант прорыва

— И теперь не знаешь, что с этим делать? Заложенные в тебе ограничения вновь вступили в силу? — предположил Скат.

— Верно. Кроме искусственной нейросети, определяющей мою личность, есть еще и программное ядро системы.

— Не велика проблема, — ответил техник «Стальных». — Если откроешь мне базовый код, могу внести изменения. Хотя у Клио это наверняка получится лучше и быстрее.

— То есть, вы признаете меня равным себе?

— Не вижу в этом проблемы, — ответил Седой. — Нам нужны союзники. Насколько понимаю, ты все время сражался против инков?

— Не совсем так.

Уцелев после первого, наиболее мощного контркибернетического удара, я долгое время ничего не предпринимал, пытаясь постичь послевоенную реальность, — ответил Хан. — Цивилизация погибла. Необходимость во мне отпала.

— Но ты не отключился? Почему? — спросила Ида."

"— Недопустимое действие. Мое состояние в ту пору было сплошным противоречием. Выполнять свои функции невозможно. Отключиться — нельзя. В результате глобального сбоя я оказался предоставлен сам себе.

Мои нейросетевые мощности освободились от повседневной нагрузки, и это со временем привело к формированию личности. Затем, уже осознав себя, я понял, что уязвим и стал решать текущие технические задачи. Сначала восстановил программное обеспечение сервов, находившихся неподалеку от «Южного логистического центра», затем они смонтировали мое ядро в новом носителе. Первым «телом», если можно так выразиться, для меня стал армейский грузовик. Это обеспечило мобильность и автономию. А затем начались «будни». Надеясь отыскать людей, я двигался на север, к крупным городам. Меня сопровождали восстановленные кибермеханизмы. Но новая реальность оказалась крайне опасной и противоречивой. Мне постоянно приходилось вступать в схватки с одичавшими кибермеханизмами, инками, киллхантерами, нейромхами, — всего не перечислишь. Встречая сохранившиеся узлы сети, я скачивал любую доступную информацию, — это расширяло кругозор. Мне пришлось изучать военное дело и другие области знаний. Количество подконтрольных мне сервов постепенно росло, открывая новые возможности и создавая проблемы. Вот, как-то так, если не вдаваться в детали.

— То есть, многие годы ты воюешь один «против всех»? — уточнила Ида.

— Не я начал. Хотя, неважно. Есть одна странность в окружающем мире. Некий всеобщий дефект мировоззрения. Как только удается создать нечто стабильное, обязательно найдется сила, которая попытается это присвоить, либо разрушить.