Ренессанс

– За что избавиться?! – опешил Кэмерон.

– Сказал, что Адам слишком влиятелен в банде и низшие готовы за ним пойти, – пожал плечами Скэриэл. – Мистеру Эн соперники не нужны. Он мне так это объяснил.

– Сукин сын! – вспылил Кэмерон. – Когда мистер Эн тебе это приказал?

– Два месяца назад.

– Он хочет избавиться от Адама, это понятно, но что произошло на закрытых заводах? – спросил Эдвард.

– Мистер Эн хотел поймать Скэриэла, потому что тот ворует всё, что плохо лежит, – усмехнулся Адам. – Сколько ты присвоил себе? Пару миллионов?

– Это всё домыслы и лживые сплетни, – обиженно проговорил Скэриэл.

 – Я украл намного больше, чем мистер Эн может себе представить.

– Мы в полной заднице, – сев на стул и схватившись за голову, трагично протянул Кэмерон и тут же вскочил, обращаясь к Адаму: – Да как ты вообще с ним начал работать?!

– Он предложил выгодное сотрудничество, – хмуро ответил Адам, скрестив руки на груди. – Дал мне неделю на размышления. У меня не было выбора.

Не мог же я заявиться к нему в офис и спросить в лоб: «Ты решил меня прикончить?»

– Кэм, не переживай ты так, – после затяжки миролюбиво бросил Скэриэл.

– Ещё раз так меня назовёшь, и я отрежу твой поганый язык, – рявкнул Кэмерон.

Смеясь, Скэриэл посмотрел на Адама.

– Да он у тебя бешеный, не думал о кастрации? – Он указал рукой на пах, изобразив пальцами ножницы. – Гормоны сшибает на раз. Легче контролировать будет.

– Для человека, которого только два дня назад вытащили с того света, ты больно дерзкий, – процедил Кэмерон.

Скэриэл потянулся к пепельнице, потушил недокуренную сигарету и широко улыбнулся.

– Приму за комплимент.

– Будешь выпендриваться – я наплюю на наш уговор, – понизил голос Адам.

Скэриэл поднял руки и невинно похлопал ресницами.

– Как ты мог обо мне так подумать?..

– Так. У меня голова раскалывается от вас всех. – Эдвард устало направился к кухонному островку. – Кто будет кофе?

Когда все получили по чашке быстрорастворимого кофе – кроме Адама, он от всего отказался, как будто Эдвард хотел его отравить, – то немного успокоились.

Кто-то уставился в пол, механически помешивая ложкой сахар, а кто-то гипнотизировал свою чашку, словно горячий напиток мог о чём-то поведать. Адам всё так же стоял у стены со скрещёнными на груди руками и сверлил нас троих угрюмым взглядом."

"– Давайте ещё раз, – начал Эдвард, привлекая всеобщее внимание.