Ренессанс

 – Скэриэл сел в кресло и требовательно спросил: – Есть какие-то сведения с бала?

– Да. – Я постарался собраться. Вспомнил ту цитату про владение собой. – Я подслушал старшего брата Хитклифа.

– А вот это уже интересно, – улыбнулся Скэр. – Сам Гедеон попался нам?

– Он говорил с Люмьером Уолдином, – добавил я.

Скэриэл нетерпеливо заёрзал в ожидании продолжения:

– И?

– Это Гедеон раздул скандал в СМИ.

Скэриэл изумлённо приоткрыл рот. Мысленно я ликовал. Сдерживался, но то и дело расплывался в довольной улыбке. Ничего не мог с собой поделать: мне нравилось, что хоть где-то я оказался на шаг впереди и что каждое моё слово так жадно ловят.

– Постой. – Скэриэл поднялся. – Гедеон так и сказал?

– Нет. Люмьер его заподозрил в этом, а Гедеон не стал отпираться.

– И зачем ему подставлять Оливера? – Скэриэл был раздосадован.

– Не его. У Гедеона свои счёты с Бернардом Доном. А на Оливера ему плевать.

На лице Скэриэла отразилось облегчение. Он склонил голову к плечу.

– Это меняет дело. Я боялся, что кто-то копает под меня.

– Я бы тоже. Он мне показался опасным.

Скэриэл снова внимательно на меня посмотрел. Я понял, что начинается самое сложное.

– Хорошо. Больше ты ничего не узнал?

Я сглотнул и задумался, делая вид, что вспоминаю.

– Про Гедеона и Люмьера? – уточнил я. – Нет. Больше ничего.

Я прислушался к своим ощущениям. Клятва никак себя не проявляла. Ложь, по крайней мере, не могла навредить Скэриэлу, а значит, я в безопасности. Главными сведениями поделился и тем самым успокоил его.

– Что именно мистер Эн тебе поручил? – я постарался сменить тему.

– Заразить одного чистокровного. – Скэриэл потянулся за сигаретой. Он стал больше курить – видимо, от нервов.

– Не слишком ли часто он даёт тебе подобные заказы?

– Ты прав. Мистер Эн в последнее время вообще стал параноиком. Хочет избавиться от всех без разбора.

– И от тебя?

– От меня в первую очередь, – Скэриэл закурил.

– И ты всё ещё не боишься? – вырвалось у меня.

– Чего? Смерти?

Я кивнул.

– Конечно, боюсь. Но меня больше злит, что, если меня убьют, я не смогу завершить начатое. – Он выпустил табачный дым и вдруг уставился на закрытую дверь. – Это меня чертовски злит.

– А этот чистокровный, которого тебе заказали, кто он?

Но тут Скэриэл ощетинился: явно почувствовал опасность.