Рекс

— Если считать ключевым словом слово «задница», сэр, я могу воспользоваться методикой журнала «Дальнобойщик» и оценить ее задницу по двадцатибалльной шкале.

— Да?

— Да, сэр. У меня самообучаемая система, и в случае отсутствия в моем софте нужной методики или граничных критериев я провожу поиск в Глобалнете и нахожу приемлемые. То есть те, которые одобряете вы или другие лица, имеющие право управления.

— Понял. С трудом, но разобрался в твоей болтовне. Ладно, валяй рассказывай, что думают о заднице миссис Юргенсон эти долбаные шоферюги…

— Они бы оценили ее на четырнадцать баллов в статике и на семнадцать с половиной в динамике.

— То есть… ты хочешь сказать, что миссис Юргенсон… слишком водит кормой, что ли?

— Вопрос мне непонятен, сэр. Но если ключевым словом является «корма», я могу обратиться в архив сайта «Морские истории».

— Стоп! — воскликнул Юргенсон, вскидывая руку. — Ты что, специально доводишь меня, да?

— Я не понял вопроса, сэр. Но я вижу, что ваше эмоциональное состояние…

— Заткнись, тварь! — закричал Юргенсон и замахнулся кулаком, чтобы врезать по безмятежной харе этого красавчика, однако неожиданно тот отпрыгнул к двери и поднял руки, вставая в бойцовскую стойку.

Юргенсон был поражен. Ему подсунули машину, которая может запросто дать в лоб своему хозяину. Избить своего фактически кормильца!

— Я, конечно, иногда бываю не прав, Эндрю, — произнес Юргенсон, пятясь к прикроватной тумбочке, в которой лежал пистолет. — Ты уж извини меня, старика, иногда я бываю груб… Как это… немотивированно.

— Сэр, вы в порядке? — спросил робот, опуская руки. — Как вы себя чувствуете?

— А как бы ты почувствовал себя, если бы на тебя поднял руку твой слуга? — не без обиды спросил Юргенсон, продолжая сдавать поближе к пистолету.

— Вопрос мне непонятен, сэр.

— Ты хотел меня побить, Эндрю…

— Нет, сэр. Это исключено. Мне запрещено делать это на программном уровне.

— Но ты только что угрожал мне всем своим видом. Вон ты какой здоровый…

— Я не угрожал вам, сэр, я должен был помешать вам нанести повреждения вашей собственности, ведь моя модель обошлась вам в сто семьдесят тысяч ливров.

Юргенсон помолчал, сидя на кровати и посматривая на выдвижной ящик тумбочки. Одна секунда — и оружие у него в руках, но, похоже, тревога ложная.

«Перебздел ты, Тревис», — сказал он себе, потом посмотрел на робота.

— И все-то ты знаешь. Сколько стоишь, в каких магазинах жена была… А вот как укоротить Рутберга, едва ли скажешь.