Селфи

 – А что с третьим пунктом? Разве разговор на чуть повышенных тонах не считается нормальным в формате подобных встреч с учителем? Я прекрасно помню парочку бесед с классной руководительницей Йеспера, когда мы с Виггой горячо отстаивали свою точку зрения.

– Да, конечно, и эти самые родители, семья Карстенсен и семья Виллумсен, из-за которых случился весь сыр-бор, были вполне любезными, когда я с ними разговаривал. В общем и целом в обоих случаях речь шла об одном и том же, и, по словам одной учительницы, дискуссия вышла и впрямь не особо приятная и достаточно нетипичная.

– То есть Стефани была слишком красивой?

Маркус хрипло рассмеялся и несколько раз кашлянул. Значит, от сигарет он так и не избавился.

– А ты вовсе не глуп, Карл… Две супружеские пары были родителями двух парней, которые возвращались из школы в каком-то безумном состоянии.

– И какой вывод ты делаешь из этого пункта?

– Что значит «какой вывод»? В более половине всех убийств секс играет прямую или косвенную роль, сам знаешь. Само по себе существование Стефани кого-то раздражало в тот момент.

– Ты считаешь, что мне надо искать того, кто с ней спал или собирался переспать?"

"– Понятия не имею. По крайней мере, теперь мы всё проговорили вслух.

– Но ее ведь не изнасиловали перед убийством?

– Нет, просто ударили по затылку и прикончили таким образом. Точка, конец.

– Ладно. Благодарю. Извини, Маркус, что не расспросил тебя обо всем в тот момент, когда ты передал мне эти записи.

Якобсен рассмеялся.

– Они находились у меня в течение двенадцати лет.

После телефонной беседы Мёрк принялся копаться у себя на столе. Куда, черт возьми, подевался второй листик?

– Гордон! Ассад! Скорее идите сюда! – крикнул он.

Из коридора послышался какой-то грохот, прежде чем два помощника предстали перед ним.

– На днях Маркус Якобсен дал мне две записки, и я никак не могу найти одну из них.