Селфи

– Но это не имело значения?

– Естественно, нет. Когда мать покупала ей одежду, он валялся от смеха, показывал на Розу пальцем и орал, что она уродливее дерьма и что зеркало треснет, если она подойдет к нему, чтобы на себя взглянуть. Он скидывал с полок все ее вещи, если замечал, что какая-то из книг стоит неровно, так что она научилась поддерживать в своей комнате полный порядок. Он просил ее удалиться обедать в подвал, если она замыкалась в себе во время травли с его стороны. Он обзывал ее вонючей свиньей, если Роза заимствовала туалетную воду у Ирсы или Вики.

Ассад пробурчал себе под нос что-то по-арабски. Это редко означало одобрение объекта обсуждения.

Карл кивнул.

– Короче говоря, он был большой дрянью.

Каролина опустила голову."

"– Дрянью? Я даже не могу подобрать слово, чтобы описать его. На конфирмацию Розе пришлось идти в старом платье, так как отец не желал тратить на нее деньги. В тот день ей даже не устроили праздника – к чему покупать подарки тому, кто их не оценит? Думаете, слово «дрянь» дает исчерпывающее представление об отце, который ведет себя подобным образом?

Мёрк покачал головой.

– Я вас понимаю. Но объясняют ли ваши слова поступки Розы, о которых я вам рассказал? То, что она каждый божий день изливала ненависть к отцу посредством упорного переписывания в тетрадки одних и тех же фраз?

Кинуа фон Кунстверк была уверена в справедливости своих слов.

– Поймите, как только возвращался с работы домой, он не оставлял ее в покое ни на секунду. К примеру, он любил задавать ей какие-нибудь сложные вопросы, на которые Роза, естественно, не могла ответить, а затем потешался над ее глупостью. Если в такие моменты рядом присутствовали другие дети, он еще больше радовался, когда она затруднялась с ответом. Роза рассказывала мне, что, перейдя в другую школу, она была вынуждена научиться ездить на велосипеде, и ее отец вызвался помочь ей держать равновесие; но, естественно, он убирал руку с багажника, стоило только Розе чуть пошатнуться.

Художница посмотрела на Карла, пытаясь собраться с мыслями.

– Поначалу сложно вспомнить, но как только приступаешь к рассказу, все эти ужасы сплошным потоком несутся из глубин сознания.