Развод. После…

Сердце получает первый удар.

– А пока ты мне отдашь еще одну папку. Ты сказала, у тебя их несколько.

Делаю глоток. Ставлю обратно.

Ольга поднимается с дивана, идет в мою сторону и… берет бокал и делает свой глоток. Ее губы там, где были мои. Она облизывает свои, высунув аккуратный кончик языка, глядя мне в глаза. Темный взгляд скрещивается с моим, между нами снова многовольтное напряжение до звонкого гула.

Ее запах, вкус кожи отчетливо всплывает в памяти и прессом вдавливается в рецепторы.

– Хорошо, – соглашается, не разъединяя взгляда, – я сама решу, где и когда тебе передать документы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Сглатываем синхронно. Между нами какие-то десять сантиметров. Ее губы в критической близости. Яркие, влажные от вина. А еще ее вкус, непередаваемый. С наркотическими вплетениями, от которых разряд проходится по всем чувствительным местам за жалкие доли секунды.

Ольга дергается. Будто мне навстречу. Я коряво наклоняю к ней голову.

"– Вам все понравилось? – нагло рушит этот сакральный момент официант.

Снова. У них тут камеры, что ль? Они словно знают, в какое время нужно войти.

– Нет, – раздраженно отвечаю, – ваша навязчивость мне не понравилась.

Открываю рот для продолжения тирады, а Ольга берет сумку и уже огибает официанта, чтобы уйти из кабинки. Снова сбегает.

Кидаю какую-то неприличную сумму на стол.

Самому не верится.

Лялька торопливо забирает куртку из гардероба, наматывает шарф, как-то причудливо завязывает его под куртку. Замороженным взглядом все смотрю на нее.

Она уже другая.

Моя Оля стала другой.

– Подожди! – выкрикиваю.

От отчаяния сердце через горло выпрыгивает из тела, отрывая все присоединенные к нему артерии на фиг.

Хватаю Ольгу грубо за локоть и разворачиваю к себе. Ее глаза слегка покраснели, как и кончик носа.

Блевать от себя хочется, но… я ведь не сделал ничего, что могло так повлиять на состояние Ляльки.

– Макс? – знакомый голос доносится как из другой реальности. Но отмахнуться от него хочется. Ох, как все не вовремя сегодня.

– Ксения. Ты что здесь делаешь? – перевожу взгляд на сестру. Та вовсю разглядывает Олю. Хмурится, даже кривится.