Развод. Отпускаю тебя

Мне казалось, что с сыном у меня хорошая связь. Он многим делился со мной в подростковом возрасте, а потом вырос. И его папенька перекупил. Экзамен надо закрыть - я ною, чтобы учил, как потом работать будет, а Миша скидывает денег на счет, и вопрос решен.

Артем всегда был любимым и очень избалованным ребенком. Когда он родился, мы еще жили в кооперативной квартире, старались экономить. А поскольку я выросла в деревне, можно сказать, в глухой, то всегда хотелось, чтобы у ребенка было все и побольше: карандашам, краскам, машинкам счета не было.

Может, Вика его вразумит. Она не я, терпеть долго не будет.

Набираю Артему, трубку берет сразу, как будто ждал, когда я позвоню. Может, и у него для меня есть какая-то занимательная история?

- Мамуль, вы уже проснулись? Тогда мы выдвигаемся к вам.

На заднем фоне музыка, сын кричит Вике, чтобы та скорее собиралась.

- Что-то случилось?

Все надеюсь, что он тоже что-то заметил.

- Неа. Мы к вам завтракать приедем. У вас жратвы больше, чем на Новый год вчера оставалось, вы же не успели ночью все съесть. Батя был в таком состоянии, что ему только огуречный рассол поможет. В течение недели внутривенно, - кажется, сын доволен своей шуткой. - А ты всегда на диете. На листья салата и творог мы не покушаемся.

Сразу обломать или пусть приезжают? А ответа от меня никто и не ждет, значит, не соврала."

"Перед глазами снова картина - муж в помаде заправляет рубашку. Я не понимаю, что должно произойти, чтобы она от меня отстала. Может, узнать у мужа, что он пил, чтобы амнезия и меня настигла.

А если он врет? Я отдаю себе отчет, что он хорошо зарабатывает, мы последние лет десять не в чем не нуждались. Но все остальное на мне - быт, сын, готовка, уборка и рабочие моменты никто не исключал.

Лезу на сайт пенсионного фонда. Даже тут меня обломали - пенсия минимальная, хоть и через сто лет. Можно волком выть, а способ выбраться из этого дерьма и нормально жить, должен быть.

- Ир, - Муж с испуганным видом бежит ко мне. - А что вчера было-то? Я сейчас к машине подошел, а она вся салатом уделана.