Развод. Нас не вернуть

 – Ты себя слышишь? А Диляра мне приснилась? Твоя мать, ее облизывающая, мне приснилась?

– Успокойся, Полина. Ты сейчас немедленно приедешь и перестанешь устраивать показные выступления! Взрослые люди разговаривают, а не творят такие дикие вещи, как ты! Что ты устроила?

– Разговаривают? А где тогда мой разговор о твоей второй жене?!

– Я сказал, что вернусь, и мы поговорим! – напомнил он жестко, чеканя каждое слово так, словно забивал гвозди.

Ага! В крышку гроба нашей семейной жизни!

– Ах, ты сказал? – выдавила я горькую усмешку.

– Включи видеозвонок! Немедленно! Я хочу видеть, где ты! – снова проревел муж лютым голосом, но вдали от него я ощущала себя в безопасности, хоть тело и не покидала неконтролируемая дрожь. Его голос был страшным, пробирающим до костей, сотрясающим меня до основания. Каждую клеточку.

– Я тоже много чего хочу, Карим! – рявкнула я, подпитывая свою злость картинками того, как муж заваливает на нашу постель свою новую жену.

В динамике повисла тишина, я слышала лишь то, как воздух толчками вырывался из горла мужа, он рвано хрипел, явно сдерживая свою ярость и пытаясь прийти в себя, чтобы продолжить этот разговор.

А потом в трубку полилась его щедро приправленная властностью и укором речь:

– А вот тут ты ошибаешься, Полина. Никакого развода не будет.

– Я тебе не какая-то глупышка! – обиделась я на последнюю фразу, сказанную будто неразумному ребенку. – Не разговаривай со мной в таком тоне!

– Я буду разговаривать в таком тоне, какого ты заслуживаешь. Немедленно вернись домой, – жестко цедил муж слова.

– Не вернусь!

– Я тебя из-под земли достану, Полина! Не шути со мной! – начал угрожать.

– Ты ничего мне не сделаешь, Карим! – не сдалась я, хотя сама не верила в свои слова.

Уверена, что мне было чего бояться, но всё же я стояла на своем и возвращаться к нему не собиралась. Ослушалась строгого господина, который не сомневался в своей власти.

– Ошибаешься, моя дорогая жена. Очень рискуешь, когда нарываешься на мой гнев. – Его голос острой бритвой резал мое сердце надвое. Такой жестокий. Такой холодный. Будто не муж со мной говорил, а лютый враг. – Я тебя не отпущу. Ты моя жена. Диана – моя дочь.