Развод. Искусство слать всех на...

- Никуда мама не денется! Мама это святое, она в базовых настройках у каждого человека! Так что подуется и вернется, а наши ссоры на эту тему меня уже напрягают!

- Извини, пожалуйста, что напрягаю тебя, - ровным безжизненным голосом произносит Оля.

И только сейчас я понимаю, какую херню только что сказал сказал.

- Оль, я не подумал…

- Да брось, как будто в первый раз, - слышу, с каким остервенением Олька закручивает крышки на своих баночках и понимаю, что сейчас на месте тех самых крышек моя кровожадная жена представляет меня.

До упора щелк, и нет головы у Коли.

Меня аж передергивает от правдоподобности картинки. И от того, как смотрит на меня любимая женщина. Не с восхищением, как раньше. Не с любовью. Не с чувством нежности и блеском в глазах.

Нет, глаза по-прежнему блестят, только от еле сдерживаемых слез и горящего в них разочарования.

Как же я ненавижу быть плохим!

И поэтому бросаюсь в омут, лишь бы исправить ситуацию:

- Я не то имел ввиду, я просто… какая разница, какая мама, да? Родила, спасибо, и на этом, пожалуй, все.

- А ты прав, - соглашается жена, и я не слышу в ее тоне сарказма. Видимо, и эта дурацкая черта у меня в отца. – Разницы нет никакой. Между алкоголичкой, которая устроила из вашего дома притон и водила домой разных дядей, которые с интересом смотрели в твою сторону и мамой, которая каждые выходные пекла печенье и покупала новые картриджи в приставку, чтобы позвать домой весь двор, и чтобы над рыжим мальчиком никто не смеялся – нет никакой разницы. Моя мама, Коля, водила дружбу со всеми бомжами, потому что вот такой у нее был круг интересов, а твоя выучила вместе с тобой китайский, чтобы потом, если твой всратый папочка не возьмет тебя на работу, ты бы мог устроиться в любое место! Твоя тебя любит, даже когда ты мудак, а моя не хочет знать, где я и как.

Не «не может», Коль, а просто не хочет, хотя я сама звонила, просила о встрече. Все хотела ей доказать что-то, мол, смотри, какая я выросла, подарок даже купила, а она не пришла. Так что, Коль, все свои мысли про базовые настройки, про то, что мама никуда не денется, и про нет разницы засунь себе знаешь куда?

- Оль, прости.

Правда прости, - я обнимаю жену, и, пока та сопротивляется, стуча кулачками мне в грудь, глажу ее по спине. – Я не прав.

- Свиньи вы не благодарные, вот кто! – Всхлипывает Ольга и мелко дрожит у меня в руках. – Ты ей по гроб жизни обязан!

- Да я ж не против, - растерянно шепчу я, - мама меня воспитала, человеком вырастила, и я ей очень благодарен.