Разлучница между нами (СИ)

В конце концов, миллионы семей разводятся, и растут дети как-то, не загибаются.

Антон злится и отталкивает меня, дергая на себя дверь.

Я стискиваю кулаки и смотрю ему с ненавистью вслед. Не думала, что он может опуститься ниже, но он сумел сейчас пробить самое дно.

– А где папа? Папа! Папа! – кричит Света, выбежав из кухни, а после на улицу."

"Антон в это время идет к своей машине, садится в нее и дает задний ход.

Я выбегаю следом за дочкой, которая несется в одних носках по дороге, а сама в этот момент больше всего ненавижу Антона, который разворачивается, дает по газам и уезжает.

– Светуль, папе срочно в аэропорт, у него командировка, – говорю я дочери, пытаясь успокоить ее и унять истерику. – А давай мы пока подарочки откроем, м? Папа сказал, что не против.

Она всхлипывает и бьет меня кулачками по груди, а я прикрываю глаза и сама едва не плачу.

Не могу же сказать дочери, что ее отец променял ее, родную дочь, на чужую.

Глава 11

– Кеша не ругается, что ты почти дома не появляешься?

Я наблюдаю за тем, как Маша режет огурцы на салат, а сама не могу пошевелить и пальцем, не то что помочь ей. Помощь Маши в последние дни неоценима, и мы бы со Светой питались вредной пищей из доставки, если бы не невестка.

– А чего ему ругаться? По вечерам я дома, не гуляю где попало, не в клубах же зависаю, а тебе компанию составляю.

Маша буквально порхает по кухне, ставит разделочную доску в раковину и сразу же моет грязную посуду, скопившуюся после готовки.

– Он поди голодает уже несколько дней. Да и ты всё время на меня тратишь.

– Кеша не ребенок, сам себе приготовить может, не сравнивай с…

Маша осекается и оборачивается, глядя на меня с опаской и виной во взгляде.

– Прости, Дин, я не хотела на больное давить. Всё никак не могу привыкнуть, что вы не вместе, вот и вырвалось. Ты же знаешь, что я не со зла.

Я машу рукой, что всё в порядке, но мы уже немало копий в прошлом сломали на тему быта.

Вот только за плечами Маши – крепкая семья и любящий муж, а у меня… А что у меня?

Рваные ошметки вместо сердца.

Зияющая рана в груди.

И разрушенные мечты.

– Хранительница ничега, – хмыкаю я и обвожу кухню взглядом.