Разрешаю смотреть

— Что у тебя здесь? — кусаю я губу, имея в виду татуировку, кусок которой видела в этом месте в тот день, когда… он отвез меня в молл...

— Пойдём ко мне, покажу, — хрипловато предлагает Немцев, открывая глаза и глядя в мои.

Я не уверена, что способна на секс, но мне, чёрт побери, так не хочется с ним расставаться. Я как кошка висну на нём и просто не могу отлепиться, всеми силами давя зевок. Кажется, он не хочет, чтобы я отлеплялась.

Смотрю на его губы, вытягивая шею. Проводит ими по моим, бормоча:

— От меня колбасой воняет.

— И плесенью, — сонно смеюсь я.

Прижавшись своим лбом к моему, тихо повторяет:

— Пойдём ко мне.

Мои внутренности завязываются в узлы. Оттого, как я сама хочу пойти к нему.

— Пойдём, — шепчу в ответ.

Его комната выглядит как монашеская келья, за тем исключением, что в монашеских кельях не бывает такого бардака и компьютера.

Узкая кровать на одного человека, шкаф, рабочее место со стулом и столом и широкое окно, смотрящее на подъездную дорожку.

Кажется, эта комната была чем-то совершенно другим совсем недавно.

Обойдя меня, Федя быстро собирает разбросанные по полу и мебели вещи. Сваливает их в корзину для белья в углу, виновато смотря на меня исподлобья.

— Сейчас вернусь, — говорит, выходя из комнаты.

Босиком подхожу к его кровати и ложусь на белую простынь, поджав ноги и обняв подушку.

Он возвращается через пять минут. В очках и с каплями воды на лице.

Наблюдаю за тем, как выкладывает на тумбочку телефон и ключи от машины, достав их из кармана.

На нем боксеры “Дизель” синего цвета. Если одежда бюджетная сторона его расходов, то бельё — нет. Вся лицевая часть бедра забита татуировкой. Это монохромная волчья морда в треугольной раме, и, когда он идёт к кровати, под ней пляшут каменные мышцы.

Растягивается на кровати рядом со мной, и мне приходится заползти на него, чтобы не свалиться на пол.

— Чем ты занимаешься на фирме Макса? — спрашиваю тихо, положив голову ему на грудь.

— Закупками материалов, — обнимает руками мои плечи и талию.

— Нравится?

— Нет. Кому это может нравиться? Это больше для опыта.

— М-м-м… — задумчиво тяну я. — И кем ты хочешь стать, когда вырастешь?

— Понятия не имею, Рыжая, — вздыхает Федя.