Путешественник по Изнанке (СИ)

А когда мат, возмущенную ругань и крики разбавил тоненький умоляющий фальцет Гриши, я понял еще одно — дело труба. И поспешил на выручку бесу.

Того же, как выяснилось, действительно стоило выручать. Бес оказался в крепких руках правосудия. И это вообще была не фигура речи. Дворовой, кажется, Терентий Палыч, которого я видел в свое первое посещение Подворья через тайный коридор вэтте, держал Гришу за рог. Скажу больше, за этот самый рог он поднял несчастного беса так, что у того ноги болтались в воздухе. При этом было заметно, что местной нечисти подобное не доставляет особых неудобств или затруднений.

Бесплатное представление уже обступили другие лавочники и немногочисленные рубежники, которые были в Подворье. Поэтому пришлось протискиваться сквозь зевак."

"Сказать начистоту, я испытал смешанные чувства. С одной стороны понимал, что бесу, скорее всего, досталось за дело. Я обладал суперспособностью к неудаче в любой области. Вот только у меня всегда получалось попадать впросак из-за насмешек судьбы.

В то же время каким бы он сукиным сыном ни был, это мой сукин сын. И никто не имеет право обижать беса. Тем более, в моем присутствии. Поэтому мои глаза налились кровью, как у быка, увидевшего яркую тряпку. В роли последней выступал мерзкий дворовой в дорогой рубахе, жилетке, начищенных сапогах и с напомаженными волосами.

— Беса отпусти, — я старался говорить не сквозь зубы. Получалось не очень хорошо.

— Твой, что ли? — недовольно зыркнул на меня дворовой. — Бутылку настойки украл. Пришлось вмешаться. Я здесь за порядком слежу.

Нет, примерно что-то подобное я ожидал. Но поезд со станции «Быково» уже отправился. Потому что Гриша так и продолжал сучать ногами.

— Беса отпусти! — повторил я, чувствуя, что хист уже готов вырваться наружу.

Только теперь дворовой разжал пятерню, и Гриша свалился на землю. Причем, сразу пополз в мою сторону.

— Твоя нечисть людей потревожила, меня побеспокоила. Кому теперь только хист не достается, всяким недостойным. Они и за себя слово сказать не могу, а туда же, нечисть в услужение берут…

Все это Терентий Палыч не просто говорил. Свои слова он сопровождал действиями. А именно подошел вплотную и тыкал в меня пальцем.