Путешественник по Изнанке (СИ)

Однако я давно привык к тому, что рубежники самым грубым образом наклоняли физические законы в нужную им сторону. А уже после проделывали определенные манипуляции. Не удивлюсь, если за этим частоколом, где виднеются приставленные друг к другу домики, окажется целая крепость.

С виду срубы казались небольшими, всего каких-то пятнадцать квадратов. Что только подталкивало к мысли, что здесь опять замешана пространственная магия. Кто в здравом уме будет возводить подобное для собственной стражи? Не коммуналка же.

Да и дружинников надо холить и лелеять.

В любом случае, узнать каково внутри, мне не светило. Один из княжих людей, стоящих на страже казарм, хоть и кивнул мне (надо ли догадываться, откуда мы были знакомы?), но пускать внутрь не собирался. Пришлось отойти в сторону, делая вид, что я что-то разглядываю. Хотя что тут было на краю географии Подворья?

Но делать нечего. Пришлось слоняться и прикидываться, что мне очень здесь интересно. Ничего, я умел ждать. Рано или поздно Ася все равно пройдет.

Вот кто ждать не умел, так это Гриша. Неожиданно выяснилось, что ему бывает очень скучно в портсигаре. Или у него там имелся какой-то перископ, с помощью которого он выглядывал наружу? Выглянул и обнаружил, что ничего интересного в ближайшее время нам не грозит.

Сначала бес жаловался, что вечно ему достается все самое сложное. Мол, вон Митя сейчас сидит, глупостями занимается (в смысле, музицирует), а он вынужден здесь тухнуть. Причем, на трезвую.

Но это ничего. К бухтению Гриши я давно привык. Даже считал, что что-то происходит неправильно, если он молчит. Вот и сейчас бес поворчал, да успокоился. Правда, как оказалось, ненадолго.

— Хозяин, можно я до ветру схожу?

— А что, потерпеть нельзя? Может, у тебя там ведро какое есть. Или хотя бы бутылка.

— Нет ведра. Хозяин, до греха не доводи!

Я не стал спрашивать, до какого именно греха можно дойти банально обмочившись. Явно не смертного. Но беса отпустил. Я все же не изверг. А сам стал ждать Асю дальше.

Что с Гришей случилось что-то нехорошее я понял из-за брани, которая разразилась, как гром среди ясного неба со стороны главной площади. Именно в этот момент я понял матерей, которые определяют собственных детей по плачу. Правда, у меня сработал скорее опыт. Я знал, что если там кто-то накосорезил, то это обязательно бес.