Психолога вызывали?

Мне показалось, что прямо, за ее головой стал раздуваться огромный капюшон, и она зашипела:

— Какая неожжжиданность.

Но тут вмешался герцог и заверещал:"

"— Ваши Величества, я требую расторжения помолвки! У нас мирный договор срывается! Я завтра же отправлюсь к Львиному государю с докладной.

За это время императрица пришла в себя и, оглядев бесстрастное лицо принца, прошептала:

— Значит, так.

Потом посмотрела на меня и, улыбнувшись ядовитой улыбкой, сказала:

— Добро пожаловать в семью.

Император что-то стал шептать ей на ухо, и она кивком головы отпустила нас и стала что-то злобно ему отвечать.

— Джарлетт, — обратилась я к принцу, — меня тут добрые люди просветили, что я могу с тебя три подарка потребовать?

— Но тебя предупредил этот добрый человек со стрекозиными крыльями, что их надо будет официально возвратить после расторжения помолвки? — Он наклонил голову и уставился на меня с любопытством.

— Легко, — я пожала плечами.

— Первое — мне нужен большой чан с крышкой, который надо притащить в мои будущие трехкомнатные покои, — я невинно похлопала ресницами.

— Ладно,. — он зажал один палец.

— Второе — мне надо, чтобы ты слетал со мной в Фейхуевку за товаром.

— Не понял, ты меня за осла решила использовать? — удивился Джарлетт.

— Ни в коем случае. У осла другая грузоподъемность.

— А как возвращать этот подарок будешь?

— Могу потащить тебя волоком до Фейхуовки и обратно, — невинно воззрилась я на него.

Джарлетт засмеялся, представив это действо воочию, но зажал и второй палец. Ну а третий?

— Свободный доступ в твою гардеробную.

Его брови поползли вверх:

— Стесняюсь спросить, как отдавать будешь.

— Не стесняйся, — похлопала я его по плечу, — мои платья к твоим услугам. Если их чуть расшить в плечах — сядут как влитые.

Джарлетт заржал, как тот жеребец из конюшни.

— Ну а что ты хочешь, милый? Обязанности невесты — не только в платье белом порхать, оказывается, они ложатся на наши хрупкие плечи тяжелым финансовым бременем.

— Поэтому ты хочешь похозяйничать в моем гардеробе?

Я поморщила нос, вспоминая шторы в спальне.

— Ну, если разрешишь, еще и шторы захвачу.

Тот опешил, потом опять рассмеялся.

— Ника, с тобой не соскучишься. Как мы жили без тебя, пока ты в своей Фейхуовки подрастала.