Психолога вызывали?

И обратно никак в мой привычный и уже горячо любимый 4X. Один человек — одно желание, мать его. Надо что-то придумывать. На ходу. Я забрала бутыль у Юлика и хлебнула. Стресс снять.

— Девочки, меня из этой катавасии только замужество спасет. И срочное. Не до выбора. Кто у меня первый на свидании? Хренов? Значит, будет моим суженым- ряженым. Берем тепленьким. Ночью камень договорной работает? А то утром, когда принц нагрянет, будет поздно. С него станется и щель измерить, и объемы мои новопреставленные.

Я хлебнула еще.

Во мне сразу пробудился спящий до этого момента стратег.

— Делаем так. Сейчас я сопру у принца еще и плащ. Пропадай моя головушка. Закутаюсь в него, чтоб мои бока, опавшие в глаза, не бросались. Капюшон надвину и побегу к Хренову на свидание. На шею к нему кинусь и к устам его приникну жарко. А потом руки к груди своей прижму, да как закричу: «Истинный ты мой! Вот что сила любви делает! Схуднула аж». Плащик скину, платьишко с плеч спущу, а тут вы из кустов вылезаете — «Свидетельствуем!» кричите, жениться надо и срочно.

И под макарену к камню ведем его под руки. Девочки, там не забываем обговорить условия для меня хорошие. И держите крепко, чтоб по дороге не сбежал. Экипаж бы какой найти для гарантии, только ночь на дворе. Значит, по очереди на себе потащим.

Бутылку допили для храбрости и бегом в парк.

Только что-то я забыла, в каком месте мы с ним встречаемся, а еще как назло луна то выглянет, то спрячется, и темень жуткая — хоть глаза выколи.

— Девочки, я в ту сторону по аллее сбегаю, а вы в эту. Если что, машите.

Пробежалась — нету. Неужто не придет, гадина, а жениться кто будет? Тогда придется план Б воплощать. Светик дверь кочергой в его нумер вскрывает — я заскакиваю, да к губам его льну крепко, ну а дальше по тому же плану. В ковер заворачиваем и тащим.

Не, девчонки вон крыльями машут, в сторону показывают. От души отлегло. Во дворце шуметь не хотелось сильно. Пришел ряженый мой, судьбой заряженный.

Я капюшон на голову и мчусь на всех парах.

Опять луна скрылась. Вот он, сидит на скамеечке родимый. Только побольше вроде стал и повыше, или это мне со страха в ссылку попасть кажется. Прыг к нему на колени с размаху. Теперь уже можно, веса во мне теперь как в козе — тьфу.

И давай целовать его по-взрослому. Он поначалу растерялся, потом в процесс включился. Мне даже и понравилось, но о деле забывать нельзя. Оторвалась от него да как возоплю:

— Ах, граф Хренов, — кричу.