Пропавшее Рождество

Я подумала... Кстати, почему бы вам не присесть на колени к Снегурочке?

— К кому?

— К его внучке. — Она совсем забыла, что Санта-Клаус, в отличие от Деда Мороза, был бездетным. — То есть у вашего внучки нет, а у нашего... я том смысле... — «Зачем же он все-таки сюда спускался? Кого-то ждал?» — А в чем собственно проблема?

— Проблема в том, что Новый год раз в году и я не для того оставил семью, чтобы обниматься с мужчинами, даже в виде Санта-Клауса, — заявил усатый Гастон.

— Значит, вы предпочтете целовать бородатую синьору Кроуль? — сыронизировал итальянец.

— Вы гадкий, невоспитанный человечишко! — прошипела перекошенная по всей длине унылого тела, англичанка.

— У меня просто здоровые инстинкты, — отбивался Салино. — Синьора Даша, да поддержите же меня! Что по-вашему важнее: традиции или...

«Нет, пока не буду подниматься. Вдруг он решил переодеться и сейчас отправится на встречу? Зачем-то он ведь смотрел расписание автобусов...»

— Как историк, я, конечно, придерживаюсь того мнения, что традиции все-таки надо беречь.

Послушался разочарованный гул. Даша застенчиво улыбнулась.

— Однако из данной ситуации существует вполне традиционный выход.

Раздались аплодисменты.

— Мадемуазель, объяснитесь.

— Поскольку здесь собрались представители различных культур, то что нам помешает на этот Новый год выбрать обычай страны, который удовлетворял бы требованию большинства? Я говорю о России.

— О господи, вы же не предлагаете пригласить медведя?

Смех и свист в зале. Даша тоже не выдержала и рассмеялась.

— Медведя мы можем позвать для особо экзальтированных. Нет, у нас другой обычай. На Новый год приходит Дед Мороз — он, разумеется, мужчина, но зато с ним всегда его внучка — Снегурочка.

По холлу пронесся шелест, все пытались повторить диковинное слово.

— Мадемуазель, вы должны рассказать нам поподробнее, — категорично заявил Салино. — Она хотя бы хорошенькая?

— Чудо, как. Я бы даже сказала, что это главное требование.

— А что, мне эта идея нравится. — Дебузье скреб затылок.

— Мне тоже.

— А где ее родители?

— Увы, история об этом умалчивает.

— Я знаю почему. — Итальянец прищелкнул пальцами. — Дело в том, что Снегурочка это его любовница.

— Точно! — ахнул высокий француз в ярком сине-красном свитере, о котором Даша знала только то, что его зовут Гастон и что он нравится фрау Мюльке. — Но поскольку детям этого не объяснишь — придумали родственные отношения. Как умно! Браво, русские!

Все принялись хлопать.