Проданная врагу. Вернуть истинную

Раз тебя не беспокоило это в первый раз, значит, и сейчас горевать нечего.

Сидд отвлекается на подошедшего воина, а я сжимаю кулаки. Неправильно. Всё это неправильно! В комнате осталась шкатулка с мамиными украшениями. Я бы очень хотела забрать её. Не столько за ценности и изящества серебра, сколько из-за воспоминаний. Мне очень нравилось рассматривать их, представляя балы, на которые мама могла надевать их.

Он ошибается, говоря, что мне незачем горевать. Когда я бежала от него, у меня была надежда, что всё получится и я окажусь на свободе.

Проклятье…

– Что вы делаете?! – перед конюшнями появляется Айкен. – Зачем вы привели сюда мою кузину?!

Я с опаской смотрю на Сидда, в котором снова закипает ярость. Странно, но я, кажется, начинаю понимать разницу, когда двуликий злится на меня и когда на кого-то другого.

– Иди домой, щенок, – Сидд одаривает его безумной улыбкой. – Если, конечно, ты не хочешь, чтобы этот день стал тебе последним.

– Я задал вопрос, – храбрится Айкен, но голос у него явно подрагивает от страха.

Безумец. Его же убьют… у меня на глазах… прямо сейчас.

Замечаю стекающиеся к конюшне силуэты. Двуликие Сидда, понимаю по мерцающим радужкам глаз. Айкен думает, что законы гостеприимства защитят его, но, боюсь, эти гости не станут соблюдать их. Они не Валфрик и не его отец, эти настоящие дикари. Чудовища.

– О, уважение? К тебе? – смеётся Сидд. Рядом с ним появляется пара воинов.

– Уплату долга? – кузен вскидывает брови. – Но ведь… Давай договоримся. В середине зимы я доставлю тебе деньги. Оставь девушку.

Сидд снова смеётся.

– О, ты обязательно заплатишь и всю сумму. Девка – просто приятный бонус, чтобы нам было не скучно ждать, пока вы собираете нам деньги. Но ответь и ты мне, хозяин дома.

Двуликий тянет носом воздух. На месте Айкена я бы давно бежала прочь, но я не на его месте. Старший сын, придёт день, и он будет править этим краем. Ему нельзя убегать. И это проблема. Очень опасная проблема.

– Ты хочешь её сам, – заключает Сидд, опуская подбородок. – Считаешь своей. Вот что, щенок.