После измены

Я понимаю, что Дашу тяжёлые новости мало обрадуют, но я безоговорочно уверен, что она поймёт. Она обязательно меня поймёт. Иным мыслям я не позволяю отравлять кровь. Которая и так, к слову сказать, не лучшего качества.

Задерживаться на работе не в моих правилах, но нужно все успеть. Поэтому придётся поднажать. С утра, правда, я проснулся разбитым. Напряжение последних дней, очевидно, сказывается."

"Ещё с вечера чувствовал усталость и тяжесть в ногах. Но не придал этому особого значения.

И очень даже зря.

Пока поднимаюсь на третий этаж здания, в котором обычно предпочитаю обедать, понимаю, что не в силах преодолеть привычное расстояние.

Спустя пару секунд накатывает острая нехватка воздуха. Жуткая паника охватывает тут же, призывая за собой чудовищный страх. Страх, что вот они, мои последние секунды. И больше я красоту этого мира не увижу никогда. Ужас раздирает изнутри, кислотой выжигает надежды на будущее. А свет в душе мгновенно сменяется непроглядной мглой. Внезапная необъяснимая одышка наотмашь бьет понимаем: оно повторяется.

Резкой жгучей боли, как в первый раз, я не чувствую, только неприятное покалывание в грудине. И лишь при наступающем кашле боль становится острой.

Кажется, я задыхаюсь. И мне не хватит воздуха всего мира. Волны ужаса настойчивыми щупальцами опутывают душу. Удушают. Не чувствую кроме этого ничего: ни воздуха, ни лёгкого сквозняка из приоткрытого окна. Ничего хорошего и светлого. Закрываю рот ладонью, привалившись к стене и согнувшись в три погибели.

В глазах помутнение, и не сразу я вижу бурые капли, окрасившие ладонь. Сначала лишь подмечаю инородные разводы на светлых брюках и только потом, впившись оторопелым взглядом, раскрываю трясущийся кулак.

Смотрю на темные следы на коже, а вместо них вижу чёрный крест. Которым теперь точно можно перечеркнуть всю мою жизнь.

Я не слышу вокруг гомона, криков, ничего не слышу. Только ее лицо перед глазами.

Прости, милая. Прости, что я попался тебе такой бракованный. Я не смог сразу тебе рассказать… да уже и не знаю… стоило ли.

Я вроде бы в сознании, понимаю, что меня заставляют сесть. Вокруг свет, не темнота. Вблизи я все вижу. Теперь почти отчетливо... Люди. Обеспокоенные лица. Я могу говорить. Я прошу позвать помощь. Не понимаю, громко или тихо. Называю фамилию врача. Только зачем — не пойму. Название клиники я тоже озвучиваю.