После измены

Мужчина не шевелясь ждёт ответа. Волнение заточено в дымчатых омутах и беспокойно плещется на дне.

Эти глаза гипнотизируют и не позволяют отвернуться, необъяснимо удерживая зрительный контакт."

"А я совсем растерялась: неужели у него нет женщины? В это верится с трудом. Вокруг него такая плотная аура защищённости и уверенности, его внутренняя сила влечёт с первых же мгновений знакомства, с каждой новой встречей затягивая в неизведанный водоворот. Он выделяется из толпы. Не объяснить чем. И раз за разом хочется перетянуть на себя его внимание…

— А ты… у тебя… — мысли не слушаются, путаются, не позволяя собрать их воедино.

— Никого нет?

В последний момент проглатываю жалкое слово «совсем».

В ответ получаю четкое и твёрдое: «Никого».

Сложно сказать, что это за опасная тропа, на которую я с такой лёгкостью самозабвенно ступила. Но тепло серого взгляда внезапно озаряет душу, позволяет согреться в лучиках нежного солнышка.

Мою руку накрывают сильные пальцы, переплетаясь с моими.

Йохан так на меня смотрит… испепеляюще, головокружительно, красноречиво, но ни слова себе не позволяет.

Чуть привстает и тянется ко мне, а я даже не улавливаю… просто пролетает мгновение… и я уже сижу с вытянутыми коленями и опираюсь спиной о мускулистую грудь. Йохан переплетает наши пальцы, шокируя ещё больше.

Нарушить тишину долго никто не решается. Я так и вообще дышать боюсь. Даже пошевелиться страшно.

— Я когда тебя в аэропорту первый раз увидел, даже запнулся. Даже поменял направление и за тобой пошёл, хоть и знал, что не смогу и слова сказать.

А потом тот парень тебя облил… когда я понял, что ты с ребятами прилетела, подумал, что так не бывает. Это нереально. Мне впервые в жизни страшно было просто заговорить с девушкой. Уж молчу про узнать номер телефона. А СМС я вообще первые три раза стирал. Боялся, что подумаешь…

Он замолкает. Вроде расслаблен, но я интуитивно чувствую захлёстывающее его напряжение.

— Что подумаю? — не удержавшись, поглаживаю его руку, на секунду прикрываю глаза, скользя по выделяющимся венам.

Он прав. Все это со стороны кажется таким странным, неуместным. А в груди ещё сильнее печёт и неизведанное чувство вытесняет все остальное. И, вопреки всему, разум ищет причину не останавливаться. Не закрываться.

— Что я странный.

— Почему? — улыбка растягивает губы, и я наполовину оборачиваюсь. Гляжу на него. Его лицо так близко… он какой угодно, но только не странный.

— Потому что не люблю шумные компании.