Притворщик

У него совершенно не было врагов, как, впрочем, и друзей. Никому никогда не приходило в голову заявиться к нему посреди ночи с бутылкой и до утра употреблять принесенное вовнутрь, говоря о наболевшем и жалуясь на жизнь. Или стрельнуть денег до получки. Или в бурные девяностые, знаменитые разного рода разборками, попросить подъехать и просто «постоять рядом». Или же просто назвать его Колей.

В 2004 году накануне перевода в смежное управление на генеральскую должность Осипенко погиб.

Кто-то заложил радиоуправляемую мину в машину, в которой находились он и еще один наш сотрудник.

У знающих людей это вызвало массу вопросов и серьезное удивление. Во-первых, не тем был Николай человеком, чтобы сесть в транспортное средство, как следует не проверив его предварительно, даже если это транспортное средство – трамвай. Никогда, ни при каких обстоятельствах он не отступал от принципа двух «О» («Осторожно опасаться»). То-то я вздрогнул, услышав это пару дней назад от Даши. И, во-вторых, уж больно в тихой стране это произошло. Ни до, ни после этого подобного не отмечалось. Скажу честно, я гораздо меньше удивился, услыхав сегодня рано утром о том, что Кащей жив-живехонек и планирует разные пакости против «Русской стали» и меня лично, чем три года назад, узнав о его гибели.

– Стас, Толя, вы что, уснули?

– Мы не спим, – ответил я за нас двоих. – Дело в том, что...

Мой рассказ прозвучал в скорбной тишине, время от времени прерываемой треском разгрызаемых Котовым сушек. Видать, его пробило на жор от волнения.

Когда я закончил, он извлек из недр кармана гигантских размеров носовой платок, вытер им физиономию, а заодно и лысину. И молвил:

– Ну, ни хрена себе, – и потянулся за последней оставшейся на тарелке сушкой.

– Присоединяюсь, – буркнул Олег и, перехватив из-под носа у Сани последнее хлебобулочное изделие, целиком забросил его себе в пасть.

– Ты хочешь сказать, – уточнил Сергей, – что он все просчитал заранее?

– Именно, – согласился я. – Вплоть до объекта, где мы будем их ждать, как последние дураки с мытыми шеями, и количества противопехотных мин на каждом из вероятных направлений подхода групп.

– И что будем делать? – спросил Володя.

– С утра об этом думаю.

– И? – поинтересовался Грек.

– И ни одной толковой мысли.

– Так-таки ни одной? – усомнился Саня.

– Есть одна, исключительно в виде бреда.

– Излагай, – разрешил Котов, поудобнее устраиваясь на стуле и закуривая.

– Мы с Кащеем давно знакомы, и он прекрасно знает, на что я способен.