Принц Дома Ночи

 – Он смотрел на меня так, как будто хотел еще что-то сказать.

– Что? – спросила я.

– Можно попросить тебя об одной вещи?

– Хорошо, – я внимательно посмотрела на него, Том был очень серьезен.

– Дай ему шанс.

От этих слов все мое сонное состояние как рукой сняло. Мы скрестили взгляды, и у меня было глупое чувство, как будто он меня в чем-то предал. Я кивнула головой и вышла из машины. Я шла к дому, а спину мне прожигал его взгляд.

* * *Дом встретил меня тишиной. Услышав звук телевизора, а зашла в гостиную и застала «картину маслом»: Воран спал на диване, а на журнальном столике была пустая бутылка и почему-то два бокала.

«Что же мне с тобой делать?» – спросила я себя. Вздохнув, я выключила телевизор и пошла за пледом. Будить его не имело смысла, и, судя по количеству выпитого, у некоторых завтра будет тяжелое похмелье.

Взяв плед и захватив по дороге несколько таблеток аспирина, я спустилась и укрыла Ворана. Убрав пустую бутылку и пополоскав бокалы, я в один налила воды и отнесла на журнальный столик, положив рядом таблетки, чувствуя себя при этом матерью Терезой. На этом мой порыв был исчерпан, и я пошла спать.

* * *Проснулась я под аккомпанемент цветистых проклятий и запаха горелого.

– Воран, ты решил спалить дом? – спросила я, заглянув на кухню. Мой благоверный пытался что-то пожарить, но что именно, установить уже было невозможно.

– Ты уже проснулась? – удивился он.

– Судя по дыму на кухне, удивительно, как я еще не вызвала пожарных, – усмехнулась я. Подойдя к нему, я включила вытяжку.

– И что это было? – спросила я, указывая на дымящуюся сковороду.

– Завтрак, – мрачно сказал он.

– Воран, в следующий раз, если захочешь есть, лучше разбуди меня.

– Тебе завтрак, – еще более мрачно уточнил он.

– Ты спалил мой завтрак?! – возмутилась я. Глядя на его смущенное лицо, я не выдержала и начала хохотать.

"– Даже боюсь представить, что будет, если ты решишь приготовить обед, – выдавила сквозь смех я. – А перед ужином предупреди заранее, чтобы я вызвала пожарных и эвакуировала соседей, – не унималась я.

Он сначала обиделся, а потом посмотрел на дымящиеся угли и сам рассмеялся. Господи, да мы хохотали так, что у меня живот заболел. Отсмеявшись, мы посмотрели в глаза друг другу, вдруг став серьезными.