Прибежище богов

Впрочем, сам по себе один неверный ответ уже не так важен, поскольку в твоем нынешнем положении дела в столь далеких мирах в давние для них времена не имеют никакого значения. И давай закончим этот разговор, Серегин. Я и так сказал тебе значительно больше, чем следовало бы.

– Хорошо, отче, – кивнул я, – давайте поговорим о наших текущих делах. Не нравятся мне те интриги, что местные греко-римские божки закручивают вокруг нашего отряда, совсем не нравятся…

– А чего ты хотел? – хмыкнул в ответ отец Александр, – эти персонажи интригуют так же легко, как дышат.

В этот момент позади нас кто-то деликатно кашлянул. Обернувшись, я увидел, что там, возле кустов, стоят Птица, Кобра и мадмуазель Волконская, уже умытые, и с полотенцами через плечо. Они, значит, поднялись, подкрались – а я и не заметил… Старею!"

"– Извините, господа, – сказала Волконская, – так получилось, что мы тут шли мимо, услышали ваш разговор и немного заслушались.

Мы с отцом Александром переглянулись и пожали плечами. Хотели обсудить вопрос наедине, а получилось, что вынесли его на военный совет. Да, именно так. Поскольку Колдун сказал, что сегодня он инициирует и Кобру, и Волконскую, после чего обе эти дамы займут свое законное место в командном составе нашего отряда.

– Ну что же, – вздохнул я, – присаживайтесь, дамы, и давайте поговорим, если уж на то пошло.

– Давайте поговорим, – отозвалась Птица, – а то мне все эти божественные интриги тоже не нравятся. Да и Гермесию доверия нет – скользкий тип, родную бабушку за три рубля продаст. Ведь нам надо не вмешиваться в здешние дела, а найти способ убраться отсюда поскорее в наши родные пенаты.

Я вздохнул и сказал:

– Ох, и взгреют тебя дома, Птица, за ту прогулку с детишками по горам! Наверное, там все уже на ушах: полиция, МЧС, армия, журналисты и пгочие пгавозащитники. Шутка ли – воспитатель с детьми исчезли в районе армейской спецоперации против террористов. Думаю, что дерьма теперь не оберешься.

Лишь на долю мгновения в ее глазах мелькнул испуг.