Прекрасная буря

 – Все остальное должно произойти медленно.

– Ты не остановишься?

– Даже не мечтай. Жак, я хочу тебя больше, чем ты меня, но мне бы не хотелось причинить тебе неудобства.

Он осторожно положил ее на кровать и стал ласкать ее тело, хотя эта нежная ласка совсем не была тем, чего она ждала! Нет, Жак не могла больше ждать! Но она решила позволить ему действовать так, как он хотел, и научить ее всему, потому что ей было неловко спрашивать его о вещах, в которых она, вероятно, должна была разбираться.

Дэймон так жарко целовал ее грудь, что Жаклин захотелось кричать.

Когда Дэймон коснулся ее в самом нежном месте языком, она утратила контроль над собой, ее ноги непроизвольно поднялись вверх, по ее телу волнами прокатились судороги.

– Теперь ты достаточно влажная.

Влажная? Она была на вершине блаженства. Неужели это еще не все?! Но когда Дэймон, снова оказавшись на ней, приподнялся, поставив руки по обе стороны от ее головы, и его бедра двинулись в направлении ее бедер, Жак улыбнулась ему своей самой ослепительной улыбкой. Она снова его хотела, и ее многое ждало впереди!

Глава 37

– Неужели мы спали? – удивленно воскликнула Жаклин утром.

"Она лежала на боку, прижавшись к широкой груди Дэймона, и на ее губах играла счастливая улыбка. Вчера он не успел ни задернуть шторы на окне, ни погасить лампу. Лампа давно выгорела. Солнечные лучи падали на стену напротив, и было понятно, что солнце находится довольно высоко – наверняка мистер Томсон давно уже зевает за штурвалом, ожидая, когда капитан его сменит.

Дэймон крепко прижимал Жак к себе одной рукой, другая нежно ласкала ее руку, лежавшую на его груди, его пальцы скользили от ее плеча до запястья и назад.

– Да, наверное, – ответил он на ее вопрос.

Ее бы развеселило то, что Дэймон не был в этом уверен, но она и сама не знала точно. Наверное, они все же вздремнули немного, потому что Жак не чувствовала усталости. А она должна была быть усталой – ведь эта ночь прошла в постижении науки нежности.