Прекрасная буря

 – Убирайся с палубы!

Двое из них с притворными смешками попятились, однако один пират послушался и прошел вниз. Жаклин прижалась к спине Дэймона, прячась между ним и Мортимером так, чтобы пират не мог схватить ее на ходу и попытаться уволочь вниз.

Удивительно, еще две недели назад она, скорее всего, поддержала бы пиратов, если бы они предложили ей избавиться от капитана. Однако это было до того, как Дэймон объяснил ей, что она для них лишь приз. До того как Жаклин поняла, что он в самом деле ее защищает. До того – хорошо, она готова была это признать, – как она перестала желать ему смерти.

Ей нужно оружие, черт возьми! Жизнь на корабле, чья команда была на грани бунта, начинала действовать Жак на нервы. Сначала она поверила Дэймону, потому что была рада, что снова видит солнце. Потом стала подозревать его во лжи, в том, что все это подстроено для того, чтобы она вела себя так, как ему нужно. Дэймон был пиратом, и эти уроды были пиратами, как же не считать их его настоящей командой? Иначе что они делают на корабле? Или, еще лучше, почему он не объяснил ей, каким образом эти люди оказались частью его команды?

Чтобы понять, почему они все еще топчутся на месте, Жак приподнялась на цыпочках и выглянула из-за плеча Дэймона.

– Как всегда, зачинщик ты, да?

– Не имеешь права, капитан, ею не поделиться.

Барт произнес слово «капитан» так, как будто это было ругательство.

– Если хотя бы двинешь пальцем по направлению к своим пистолетам, я стреляю, – предупредил его Дэймон. – Попробуй. Мне же лучше, если вас будет на одного меньше. А если не станет тебя, так это совсем чудесно. Как ты думаешь, его будут оплакивать, а, Морт?

– Задиры всегда думают, что они вожаки стаи, – ответил Мортимер, – но об этом типе никто плакать не будет.

Барт только слегка повернулся к первому помощнику, но этого неосторожного движения Дэймону вполне хватило, чтобы ударить пирата по голове рукояткой пистолета, прежде чем тот понял, что произошло.

– Ему бы следовало посторониться, – сухо сказал Мортимер. – Он хоть и задира, но трус, особенно когда один.

– Не обижайся на меня, – произнес Дэймон, спихивая тело пирата ногой вниз по лестнице. – Ты давно это заслуживал, еще до того как мы добрались до Лондона.