Предатель, забудь меня…

- Да и надо оно тебе - выискивать и выжидать эту самую правду? Муж тебя любит, на руках носит. И заграницу вы с ним переезжать собрались. Зачем тебе тащить этот груз на душе? Отпусти уже, забудь.

- Да не получается у меня забыть, - вздыхаю я.

- Тогда ответь себе на вопрос, почему ты этого не можешь сделать, - продолжает мама. - Я не буду защищать Сашу, дочь, но ничего же подозрительного больше не происходило с того момента, так ведь?

- Так, но…

- Давай порассуждаем, - прерывает меня мама. - Если бы у него была любовница, ты бы уловила это по его поведению, отношению к тебе.

Когда мужчины изменяют, они становятся раздражительными со своими женами, ругаться начинают по любому поводу, без конца бегут из дома при первом удобном и неудобном случае, выдумывая кучу поводов для этого. Я таких историй знаешь сколько за всю жизнь наслушалась? Пруд пруди, и не сосчитать! Так что я знаю, о чем говорю. И если судить по твоим рассказам, то и нечего тебе переживать. Любит он тебя, дочь. И не изменяет.

Глава 13

Как бы мне хотелось поверить в мамину правоту, но… Как просто взять и забыть то прикосновение другой женщины к моему мужу? Как забыть те стоны, что я приписала ей же, представляя рядом своего Сашу? Как заставить себя поверить в то, что это было совпадение, а не реальность, умело воссозданная в моей голове?

- А если все же изменяет? - настаиваю я, обращаясь к маме. - Вдруг он так отлично все скрывает, что я этого не замечаю? И та ситуация в отеле… Она была слишком подозрительной, как и оправдание Саши? Тебе так не кажется, мам?

- Меня там не было, Маш, и я могу только делать выводы с твоих же слов.

Правду только бог видит. Но у тебя только два варианта: или забыть о том случае и просто жить дальше, или разводиться, - тяжело вздыхает мама и разводит руками. - А сейчас ты себе только жизнь портишь постоянными сомнениями и подозрениями. Так нельзя ведь, дочь. Но ты подумай для начала хорошенько: хочешь ли ты терять Сашу? Готова его отпустить?

- Не хочу терять, - качаю я головой.

- Но и делить его с кем-то я тоже не хочу.

- Горе ты мое, - причитает мама, пересаживается на стул рядышком со мной и прижимает меня к своей груди. - Как же тебе помочь еще? Ума не приложу.

- Знаешь, у нас и еще кое-что случилось, - неуверенно протягиваю я. - Только ты должна пообещать, что Саше об этом ни слова не скажешь, ладно? Будешь молчать, пока я сама не скажу, если вообще решу это сделать.

- Ты о чем это? - хмурится мама.