Повелевающая огнем

Послышался громкий треск.

Челюсть грузно бухнулся на пол. И тут же с него свалились штаны, обнажив кривые волосатые ноги. Толстяк поспешно вскочил, неловко шагнул, но запутался в штанинах и брякнулся так, что вся церковь содрогнулась. Ксения выпрямилась и послала в него тонкую, изящную молнию. Челюсть завизжал, как поросенок, и задергался, хватаясь за дымящийся зад.

Никита, не переставая крутить цепь, многозначительно посмотрел на Когтя.

– Ладно! – процедил тот. – Считай, тебе повезло! Но в следующий раз судьба будет к тебе менее благосклонна!"

"Он молниеносным движением метнулся к церковным книгам, сгреб их в охапку и резво выпрыгнул в окно.

– Стой! – крикнул Никита. – Верни книги, гад!

Но того и след простыл. Челюсть выволок из-под люстры бесчувственное тело Клыка, взвалил его на плечо и, поддерживая другой рукой штаны, ринулся к выходу. Голова Клыка болталась из стороны в сторону.

– Потише, мамуля, – едва слышно мямлил Клык. – Не дрова везешь…

Тут Челюсть случайно ударил подельника лбом о дверной косяк, и Клык снова затих.

– Может, поговорим начистоту? – предложил он.

– Давай, – согласилась девушка, складывая нож и убирая его в карман.

Глава четырнадцатая

Знакомая незнакомка

Ксения медленно приблизилась к Легостаеву. Он нервно моргнул, и кошачьи зрачки в его глазах снова стали человеческими.

– Что? – хмыкнул Легостаев.

– Круто! – сказала Ксения. – Как ты это делаешь?

– Долго объяснять, – вздохнул Никита. – Давай для начала уберемся отсюда?

– Пожалуй, ты прав!

Девушка вылезла в окно, Никита последовал за ней. Едва они успели выбраться из церкви, как на площади появилась толпа людей, вооруженных палками, вилами и граблями. Лучи их фонарей лихорадочно метались во все стороны.

Никита и Ксения нырнули в кусты. Толпа остановилась в двух шагах от них, но в темноте ребят никто не заметил. Зато Никита разглядел даже свою бабушку. Зинаида Александровна грозно потрясала в воздухе большой скалкой.

– Кто напал-то? – кричала она.

– Оборотни! – вопил дед Семен. – Оборотни напали на церковь! Я говорил! Но мне никто не верил!

– Сейчас разберемся, – послышалось из толпы.