Поцелуй тьмы

– Проклятье! Ты должна…

– Сейчас Лисса отправится в постель, – вмешался в разговор Эдди, мгновенно оказавшийся рядом, как только Джесси коснулся ее. – Убери руку, или я сделаю это за тебя.

Джесси злобно уставился на него. Как и большинство моройских юношей, Джесси был высок, зато Эдди мускулист. Конечно, Джесси имел при себе Ральфа, но это не имело значения. Все понимали, кто победит, если Эдди схватится с ними. Прелесть состояла в том, что у Эдди даже не будет неприятностей, если он заявит, что защищал Лиссу от домогательств.

Джесси и Ральф медленно отступили.

– Ты нужна нам, – повторил Джесси. – Сейчас ты одна. Подумай об этом.

– Все в порядке? – спросил Эдди, когда все ушли.

– Да… спасибо. Господи, это так странно.

Она направилась к лестнице.

– В чем дело-то было?

– Они одержимы идеей объединения королевских мороев и хотели, чтобы я присоединилась к ним. Тогда у них были бы представители всех королевских семей. Они настоящие фанатики этого.

Эдди знал о духе, но ей не хотелось лишний раз упоминать о том, какой крутой она была по части принуждения.

Он открыл перед ней дверь.

– Ну, они, конечно, могут досаждать тебе своими просьбами, но не в силах заставить присоединиться к тому, в чем ты не хочешь участвовать.

– Да, наверно. – Ее все еще мучил вопрос, знали ли они на самом деле что-то о Кристиане или просто блефовали. – Надеюсь, они не будут слишком цепляться ко мне.

– Не беспокойся, – решительно заверил он ее. – Я обеспечу, чтобы этого не происходило.

Я вернулась в свое тело и открыла дверь в спальный корпус дампиров. Поднимаясь по лестнице, я чувствовала, что улыбаюсь. Конечно, я не хотела, чтобы Джесси и Ральф беспокоили Лиссу, но если это обернется тем, что Эдди задаст им взбучку? Да. Я не против посмотреть, как они расплачиваются за все те гадости, которые подстраивали другим.

Двадцать два

Консультант Дейдра, видимо, имела массу свободного времени, потому что нашу следующую встречу она назначила на воскресенье.

– Вы ошибаетесь, – заявила я, едва усевшись.

До сих пор мы практически не касались вопросов, поднятых во время первого занятия. Два последних раза мы разговаривали о моей матери и о том, что я думаю о полевых испытаниях.

– Насчет чего? – спросила она.