Последний штрих к портрету

Чай был горячий, ароматный, с какими-то новыми травами, до которых Аглая Тихоновна была большая охотница. На Катин вкус, он чуть горчил, но обижать хозяйку она не стала.

– С Алтая? – спросила она, имея в виду чай с травами. Аглае Тихоновне присылали его благодарные родственники одного из пациентов уже много лет. Колокольцева утверждала, что травы целебные и у каждой свое предназначение. С учетом того, как она выглядела в свои почти семьдесят лет, это могло быть правдой.

– Нет, это Tienchi – чай из уникального сорта женьшеня, растущего на юго-западе Китая.

Он считается самым полезным чаем в мире. Его научное название, Катенька, звучит как Panax notoginseng. А по-латыни Panax означает «лечу все». Ты представляешь, ты сейчас пьешь чай, который используют на протяжении веков. Он, кстати, и от головокружения помогает, и от бессонницы.

– Да я вроде не жалуюсь, – засмеялась Катя. Чай ей не нравился, тем более что женьшень она терпеть не могла, но приходилось отхлебывать маленькими глоточками.

 – Откуда у вас чай из Китая в наше непростое время, когда границы закрыты?

– Вадим где-то достал, притащил на днях. Он же знает, как я люблю чай и все, что с ним связано. А я не спрашивала откуда.

Катя невольно подавилась «волшебным» чаем и закашлялась. Все, что было связано с Ветровым, сейчас вызывало у нее мощное отторжение. Аглая Тихоновна постучала ее по спине, добавила горячего чая из заварочного чайника и себе плеснула тоже.

– Рассказывай, – повторила она.

 – Чего это вас потянуло узнавать Машкины тайны?

– А вы знали, что у нее есть тайны?

– Нет, конечно. Мне всегда казалось, что эта девочка бесхитростна, как пятак. Ты знаешь, я была рада, когда она вошла в семью, потому что она училась вместе с Олей, была ее подругой и очень помогла мне в то проклятое лето. Но ты говоришь, что она жила с бандитом? И этот бандит мой бывший одноклассник, заклятый враг? Если бы ты только знала, как я в детстве его боялась. Он меня постоянно изводил.

Если бы не Иринка, я бы совсем пропала, но она никогда не давала меня в обиду, да и с Димкой умела договариваться. Уж не знаю, как это у нее получалось, но он всегда ее слушался.

– Он ее любил, – сказала Катя. – Это Маша рассказала. Зимин ей говорил, что всю жизнь любил только эту вашу Ирку.

– Надо же, как бывает, – Аглая Тихоновна вдруг тихонечко засмеялась. – Вор, бандит, убийца, а оказался способен на такую любовь, которая не каждому по плечу.