Последний штрих к портрету

Их у них спекулянты забирали и довольно хорошо платили, так что на эти деньги они и жили.

Она вдруг замолчала, словно захлебнувшись. Бекетов «поймал» это сразу, тронул за руку, спросил:

– Что?

– Кожаные куртки, – сказала Катя, глядя на него горящими глазами. – Ты понимаешь, они шили кожаные куртки, и Маша им помогала, она сама рассказывала.

– Ну и что?

– Как что? Володя, ты подумай, каким инструментом пользуются, когда шьют из кожи?

– Не знаю, – пожал плечами он. – Иголками какими-нибудь особо толстыми. Ножницами крупными.

– А еще? Ну думай, Володя. Основной инструмент кожевенников – это…

– Шило, – не сказал, а скорее выдохнул он.

– Ну да, ты же понимаешь, все сходится. И почему погибла Нина Петровна, понятно тоже. Она всегда смотрит в окно и, конечно, она наверняка узнала Машу, которую видела за эти годы десятки раз. Она увидела, что та входит в подъезд, знала, что Аглаи Тихоновны нет дома, но Маша почему-то не выходила из подъезда, не застав никого в квартире, и Нина Петровна решила пойти и посмотреть.

– А зачем Марии Лондон было тайно приходить в квартиру Колокольцевых? Если в поисках золота, то почему она не искала его предыдущие двадцать лет?

Катя растерянно посмотрела на Бекетова.

– Я не знаю. Может быть, она просто забыла об истории с золотом, а сейчас Антонина напомнила ей об этом, и Маша решила, что стоит поискать тайник в квартире?

– Что-то не сходится.

– Да, я тоже вижу дыру на дыре, но это не значит, что моя версия неправильная и ее нужно с ходу отмести.

– Я и не отметаю. И не отказываюсь проверить, – примирительно сказал Бекетов и потянул Катю за руку так, что она упала ему на грудь. – Я обязательно это сделаю, но не сейчас. Сейчас глубокая ночь, и если мы оба не выспимся, то завтра будем ни на что не годны. Хотя, если у тебя бессонница, то я не против разделить ее с тобой. У меня есть на примете одно дельце, которым мы можем неплохо занять время, украденное у сна.

Катя прислушалась к себе. Сна не было, она была слишком взбудоражена своими мыслями и выводами, к которым в итоге пришла. Конечно, ему завтра с утра на работу… Но он же сам предложил. Поудобнее устроившись поверх тяжелого мужского тела, Катя нашла его губы и дала ответ, который был понятен без слов.

* * *1994–1998 годы, Москва

Что делать, было понятно без слов. Маша сбежала со ступенек университета и прищурилась, глядя на солнце.