Последняя тайна рейха

В обозримом пространстве не было видно ни одного мотоцикла. Значит, господа офицеры вняли его премудрым советам, разослали экипажи по ближним и дальним окрестностям.

«Тем лучше, не будут путаться под ногами, — подумал Олег. — Диверсионную группу по лесам наши все равно не отправят. Офицеры, ответственные за операцию, мертвы, и вряд ли кто-то в курсе, что сотрудник контрразведки выполняет за линией фронта важное задание. Что я вообще тут делаю?»

Мысль была пронзительная, предательская, какая-то обескураживающая.

Он оправил форму, стал прохаживаться по двору, создавая задумчивый, занятой вид. На парковочном месте стоял единственный грузовик, возле него прохаживался сонный часовой. Задний борт был отброшен, но работа как-то не кипела.

Двое солдат выволокли на крыльцо южного крыла ящик, обитый железом, и встали покурить. Они оценили расстояние до парковки, втихомолку поругались по этому поводу и потащили свою ношу к грузовику. Втаскивать ее в машину солдаты не стали, оставили под отброшенным бортом и побрели обратно.

Во внутренний двор въехал гражданский грузовичок. Водитель словно оробел, остановил машину сразу за аркой. Из кузова выгрузились четверо мужчин, нерешительно замялись. Грузовик задним ходом стал сдавать обратно в подворотню.

Белобрысый детина встретился взглядом с Олегом, что-то бросил своим. Они подходили, неуверенно на него поглядывая. Потанин нахмурился. Он ждал их, расставив ноги и заложив руки за спину.

Как-то не внушали ему доверия эти откровенно славянские рожи. Серая форма, пилотки с кокардами, черные беспросветные петлицы, такие же погоны. За спинами у молодцов висели укороченные карабины «Маузер».

— Становись! — приказал он по-немецки.

Мужчины озадаченно переглянулись и как-то не особенно быстро стали выстраиваться в шеренгу, ориентируясь, очевидно, не на слово, а на интонацию. Он исподлобья озирал их, да и они смотрели на него не особенно ласково. Всей компании от тридцати до тридцати пяти, мрачноватые, с воспаленными глазами, явно не первый день в полиции.

— Кто такие? — спросил Олег по-польски. — Не пора ли представиться, господа?

Дядьки смущенно мялись, опускали глаза.

— И на каком же языке вам удобно разговаривать, господа полицейские? — язвительно поинтересовался Олег теперь уже по-русски.

— Мы с Украины, пан командир, — подал голос коренастый мужчина с физиономией, напоминающей тот самый первый блин, который всегда комом.