Последняя тайна рейха

Вы уже это чувствуете, верно? — Она усмехнулась и отправилась своей дорогой.

А он торопливо застучал сапогами по лестнице. Олег должен был все разложить по полочкам и начать действовать. Оставалось лишь дождаться темноты.

Глава 10

Мысль подкараулить барона и разобраться с ним по-мужски крепла и затмевала все прочие варианты. Барона нельзя выпускать из замка. Нужно изолировать его от верных ему людей, провести дознание, а убивать потом, в последнюю очередь.

Но его опередили, и завертелся круговорот!

Было девять вечера.

Лампочка под потолком моргала, но не гасла. Где-то в подвале работал бензиновый генератор, обеспечивал потребности замка в электричестве.

В дверь кто-то постучал нарочито мягко и негромко.

Олег успел сесть. Интуиция подсказала ему, что лучше сделать это сразу.

Дверь открылась. В комнату, вкрадчиво ступая, вошел штурмфюрер Шиллер в полном обмундировании. Его левая рука висела вдоль брючного шва. Большой палец правой зацепил ремень рядом с расстегнутой кобурой.

Сердце Олега беспокойно екнуло. Он встал.

Следом за Шиллером вошел полицай Микола Стахнюк. Его широкая физиономия была слегка бледна, в глазах читались робость, испуг, злоба, мстительность и множество других чувств, ни разу не позитивных.

Прежде чем Стахнюк прикрыл за собой дверь, Потанин успел заметить в коридоре автоматчика.

«Нет, они все равно не уверены, — кипело и трещало в его голове. — В противном случае ворвались бы без стука, схватили, скрутили, куда-то потащили бы».

— Вы позволите, пан Мазовецкий? — с какими-то плотоядными нотками в голосе осведомился Шиллер. — Мы рады, что вы еще не спите."

"— Да, конечно, присаживайтесь. — Олег взялся за спинку стула, придвинутого к столу, вытащил его на середину комнаты, ножки терлись о пол, противно скрипели.

Шиллер покосился на этот стул, оскалился, но тут же вернул на лицо ироничную, ухмыляющуюся мину.

— Спасибо, мы лучше постоим. Давайте сразу к делу, пан Мазовецкий.

— Герр штурмфюрер, мне не очень нравится ваш взгляд и то, как вы говорите, — заявил Олег.

Он хотел выиграть время, уже примерно представлял, что будет дальше, прокручивал комбинации. Стахнюк здесь не напрасно, его уже второй день что-то терзает.