Последняя из рода Мун: Семь свистунов. Неистовый гон

Ты зашел слишком далеко в желании сбежать от брата. Я бежать не собираюсь!

– Элейн, оставь, Ковин сам умрет. – Оддин улыбнулся своей очаровательной улыбкой, и Элейн тряхнула головой. – Рано или поздно.

– Мне начинает казаться, что у вас вся семья немного не в себе…

– Ладно, не хочешь – не выходи за меня. – Он снова вцепился ей в плечи. – Но я тебя умоляю, найди безопасное место, где-нибудь подальше от Ковина. Возвращайся в Кападонию, наконец. Не давай ему возможности навредить тебе.

Элейн сложила руки на груди, серьезно глядя на Оддина.

– Оддин, – приняв решение, произнесла она.

Он с надеждой взглянул на нее.

– Твоя забота очень трогает. Поэтому, если ты на самом деле хочешь защитить меня…

Он несмело улыбнулся.

– Помоги разобраться с Ковином.

Улыбка померкла.

– Ты слишком упряма для женщины, – покачал он головой. – Тебе следует быть более покладистой.

– Зачем? – хмыкнула она. – Предложение руки и сердца у меня уже в кармане.

Оддин прошелся обратно к скамье и вольготно на ней уселся.

– Между прочим, зря отказалась. Знала бы ты, сколько девушек мечтает оказаться на твоем месте!

– Во-первых, я пока не отказываюсь, просто предлагаю повременить, – язвительно ответила Элейн, подходя к нему.

Оддин хмыкнул.

– Во-вторых, объясни-ка мне кое-что. Ковин считает тебя выгодной партией…

– Хотя я не единожды давал ему понять, что мы с ним не пара…

Она смерила его недовольным взглядом и сурово продолжила:

– Почему он уверен, что невесты буквально готовы разорвать тебя на кусочки?

– Ты отчего-то все еще не веришь, что я им просто нравлюсь.

Но дело было не в этом. Девушкам Оддин мог нравиться, а вот Ковин его терпеть не мог. Едва ли он видел брата настолько обаятельным, что не сомневался в его привлекательности для женщин.

Оддин устало вздохнул.

– С моим наследством все не так просто. Отец оставил Ковину бóльшую часть, конечно. Но мне тоже кое-что досталось. При условии, что я «займусь достойным делом, выберу достойную девицу и перестану позорить имя Торэмов».

– Что ж, не они одни.