После — долго и счастливо

Если повезет, до того, как вспыхнет его ярость, в моем распоряжении будет пара минут, чтобы объяснить свое решение.

– Я слушаю, – говорит Хардин, подтягивая к себе по деревянному полу террасы одно из кресел.

Вот и исчезает шанс успокоить его хотя бы на несколько минут: он не намерен ждать. Сев, он облокачивается о столик между нами. Я сажусь напротив и не знаю, куда деть руки. Перекладываю их со стола на бедра, с бедер на колени, с колен обратно на стол, пока он, перегнувшись через стол, не накрывает ладонью мои беспокойные пальцы.

– Расслабься, – мягко говорит он. Его теплая рука почти придает мне толику уверенности, хотя и совсем ненадолго.

– Я кое-что скрывала от тебя, и это сводит меня с ума. Мне нужно непременно тебе рассказать, хотя сейчас и неподходящее время, но ты должен узнать это от меня, а не от кого-нибудь еще.

Он отнимает руку и откидывается на спинку кресла.

– Что ты натворила? – Я чувствую тревогу и подозрительность в его голосе, слышу, как он старается контролировать дыхание.

– Ничего, – быстро отвечаю я.

– То есть ты не… – Он несколько раз моргает. – Ты не… ни с кем другим?

– Нет! – вырывается у меня, и я отчаянно трясу головой в подтверждение своих слов. – Нет, ничего такого. Я просто кое-что для себя решила и скрыла это от тебя. Это никак не связано с другим мужчиной.

Даже не знаю, что испытывать: облегчение или обиду из-за того, что первым пришло ему в голову. С одной стороны, мне легче, потому что мой переезд в Нью-Йорк никогда не причинит ему столько боли, как если бы я нашла кого-то другого.

"– Хорошо. – Он проводит ладонью по волосам и, заведя согнутую руку за спину, разминает мышцы на шее. – Тогда все не может быть уж слишком плохо.

Переведя дух, я решаю выложить все как есть и не ходить больше вокруг да около.

– Ну…

Он жестом останавливает меня.

– Подожди. Может, прежде чем расскажешь, в чем дело, сначала объяснишь, почему?

– Почему что? – недоуменно переспрашиваю я, склонив голову набок.

Он вскидывает бровь.

– Почему ты сделала выбор, за который так переживаешь.

– Хорошо, – киваю я.

Он терпеливо смотрит на меня, а я перебираю в уме мысли. С чего начать? Это гораздо труднее, чем просто сказать ему, что я переезжаю, но так все равно гораздо легче все объяснить.