После — долго и счастливо

– Я их не прятал, – лгу я.

Интересно, когда она умудрилась найти их в шкафу в нашей чертовой квартире? Разглядывая ее задницу в этих штанах, я вспоминаю, почему их спрятал.

– Они были в шкафу.

Представив, какое у нее было лицо, когда она рылась в вещах, я начинаю смеяться, пока мне не приходит в голову, что там лежит кое-что еще, чего она видеть не должна.

Я вглядываюсь в нее, пытаясь понять, не нашла ли она в шкафу ту проклятую коробку.

– Что? – спрашивает она, натягивая носки – жуткого розового цвета, пушистые, с узором в горошек.

– Ничего, – снова лгу я, отгоняя подозрения.

– Ну и хорошо… – Она выходит из комнаты.

Я опять иду за ней следом, как щенок, и сажусь рядом за большой обеденный стол. Эта девица с именем на букву «с» опять здесь и так смотрит на Лэндона, словно он невесть какая драгоценность. Определенно, она со странностями.

Завидев ее, Тесса ослепительно улыбается:

– Привет, София!

София отрывает взгляд от Лэндона, только чтобы улыбнуться Тессе в ответ и помахать мне.

– София помогла мне приготовить окорок, – с гордостью объявляет Карен.

Большой обеденный стол уставлен едой и украшен цветами и горящими свечами. Пока Карен и София нарезают окорок, мы обмениваемся ничего не значащими фразами.

– М-м-м, как вкусно. Соус просто бесподобный, – произносит Тесса, постанывая от удовольствия.

Ох уж эти женщины со своей чертовой едой!

– Можно подумать, что вы обсуждаете порно, – говорю я преувеличенно громко."

"Тесса пинает меня под столом, а Карен, прикрыв рукой набитый рот, кашляет от смеха.

– Что за разговоры, – произносит она.

Лэндон жалобно смотрит на нее, и теперь уже и Тесса улыбается.

– Это же Хардин. Такие реплики вполне в его духе, – замечает Карен, в ее глазах искрится смех.

«Ну ладно, это уж и вовсе странно».

– Ты привыкнешь к нему. – Лэндон бросает на меня мимолетный взгляд, прежде чем снова целиком переключиться на свое новое увлечение.

– Она тебя поняла, – спасаю я его, и он смотрит так, будто готов обмочиться.

– Да, поняла, – улыбается она Лэндону, и я готов поклясться, что его лицо из красного становится пурпурным. Вот бедняга.