Порочный доктор

Маша и Макс Ярцевы, лучшие друзья обоих семейств, болеют за дружбу и мир во всём мире, поэтому поддерживают то одного мужчину, то другого. В переносной люльке, в тенечке рядом с бабой и дедой дремлет наследник Медведевых. Сегодня ему исполнился год, в честь чего все и собрались. Он ещё не умеет разговаривать, поэтому по умолчанию болеет за папу. Итого расклад примерно поровну.

Пот катится по могучим мужским телам. Сейчас, в момент поединка, особенно бросается в глаза, какие они большие, мощные, наполненные силой в каждой мышце.

Простенький деревянный столик трещит от такой нагрузки. Кажется, даже кузнечики перестали стрекотать и птицы прервали щебатанье, следя за ходом поединка. Сцепленные мужские руки склоняются то в одну, то в другую сторону. Рита с Любой, вцепившись друг в друга, пищат от восторга и переживания.

И всё же Руслан - боец, а Юрий - хирург, поэтому, надавив как следует, Рус наконец прижимает руку Тихонова к столу.

- Осторожно, испачкаешься же, - показательно бурчит он, но не упускает случая пожамкать жену за попку.

- Не переживай, - воркует Люба, обнимая проигравшего со спины, - для меня ты все равно самый-самый.

И тут же показывает поцелуем всю правдивость этих слов. Юра откидывает голову назад, чтобы жене было удобнее его целовать. Смотрит ей в глаза, ухмыляется.

- И всё-таки меня необходимо срочно утешить.

- Бедняжечка, - Люба мигом делает сочувствующий вид, - конечно пойдём, моя грудь в твоём распоряжении. И вообще у меня есть секретный безотказный способ поднять тебе настроение.

- Ммм, звучит заманчиво! Пойдёмте же, медсестра Тихонова, опробуем ваш метод в действии!

Маша с Максом тихонько ржут в сторонке и незаметно, как они считают, тискают друг друга.

В беседке Юра сразу подсаживает Любу на стол.

- Итак, госпожа Тихонова, я готов ознакомиться с вашим инновационным методом поднятия настроения, - он поигрывает бровями. Люба с улыбкой соблазнительницы чувственно поглаживает всегда манящие её Юрины кубики пресса.

- Метод не такой уж инновационный, уже проверен и опробован на многих семьях, но в нашей точно будет использован впервые.

- Да ладно? - у Тихонова сбивается дыхание.