Неприкаянная

К удивлению домовушки, но не моему, я ведь знала, как умен мой мальчик, заговорил Ангел:

— Ты обещаешь, а вдруг она с тобой потом не согласится?

Удивление явственно отразилось на лице Ули, но она поспешила ответить:

— Ей придется. Лес сейчас подтверждает мое обещание, и, если она и дальше хочет пользоваться его силой, его защитой, ей придется согласиться. Она поймет. Уже поняла. Не будет проклинать, не будет вредить. Пусти… Ей плохо!

Я поверила маленькой волшебнице и отпустила ее хозяйку.

Да, поломала я ее хорошо.

Весь вечер и полночи мы с величкой занимались нашими пострадавшими. И если Ангелу пришлось уделить всего несколько минут, то с «гостеприимной» хозяйкой провозились очень долго. И только к полуночи закончили складывать кости, косточки и осколки. У нас все получилось. Уля удивительное существо и очень хорошая целительница. Я многому у нее научилась, но к концу мы обе с трудом держались на ногах.

ГЛАВА 22

Я сумела подняться с кровати ближе к вечеру следующего дня. Пока приводила себя в порядок, услышала заинтересовавший и успокоивший меня разговор. Разговаривали леди Юлиана и Ангел. Кошачий слух меня не подвел, слышала я все очень отчетливо.

— А почему мама до сих пор спит? Вы вот уже вылечились и встали.

— Я сильная ведьма, а мама твоя еще не умеет правильно силы свои использовать.

— Знаю. Раньше она не была моей мамой, а потом стала. Теперь я ее самый родной сын. Она меня любит.

— Если ты останешься со мной, я тоже буду тебя очень любить.

— Не останусь. В нашей семье я мужчина, и мое главное дело — защищать маму.

— Но у меня тебе будет лучше. Я научу тебя магии. Разрешу играть с моими стражами. Подарю меч и коня. А твоя мать еще слишком юная. Она не сможет дать тебе всего этого. Будете жить в нищете.

— Нет. Я умею выступать и смогу зарабатывать.

— Что ты умеешь?

— Выступать. Меня в балагане научили петь, танцевать и стоять не двигаясь, когда ножи кидают. Мы будем работать. Мы будем вместе.

— Но для того, чтобы уйти, вам придется пройти топи, а это верная смерть.

— Я пойду с мамой, и если мы умрем вместе, то боги разрешат нам родиться вновь опять вместе.