Порочные сверхурочные (СИ)

Маша Корниенко никогда не звонит первой.

М-да. Только шлет порнуху.

Спускаюсь с головой под воду. Чего делать-то? Мне надо срочно с кем-то перетереть. Совета там попросить. Но только как-то секретно, чтоб не спалиться…

Выныриваю на поверхность и мокрой лапкой набираю тетку.

— Саш, занята?

— Чего тебе, отроковица? — голос на том конце довольный. Слышен звон стекла. Крики: «Помидоры горят!». Кажется, это Янка верещит.

Судьба помидоров меня не очень волнует. В моей реальности у них всегда тяжелая карма. Но если там куча лишних ушей…

— Тебе некогда… — надумываю я дать задний ход.

— Не-не, нормуль. Они еще кабачки не обуглили. Я жду. После сосисок, пожаренных в целлофане, пока все скучно. Так что, излагай.

Помявшись, я решаюсь:

— Слушай, мне тут сюжет в голову пришел… Короче, героиня перепутала и отправила своему боссу неприличное письма. Она писательница горячего жанра, и вместо отчета прикрепила свое творчество… Ты слушаешь? — я беспокоюсь, что Сашка притихла.

— О-очень внимательно, — со странной интонацией отвечает она.

— Ну и босс решил, что это предложение. А героиня не сразу дотумкала, пока он не зажал ее в лифте… В общем, я не уверена, что это хорошее начало отношений… Что думаешь?

— Ага, — слышу, как Сашка задумчиво что-то отпивает. — А за сиську ты успела дать подержаться?

— Да… Нет! И вообще, это не про меня! А про героиню, и она не такая!

— Ну, конечно. Разумеется, не такая. По законам жанра, она — невинная дева, не нюхавшая мужского исподнего, а он — весь такой брутальный и властный… И это не сама героиня, а тело подвело.

— Ды-а… — душераздирающие выдыхаю я.

— Так вопрос-то в чем? Дать или не дать героине супер-самцу?

— Поздно вопросы задавать, — ворчу я. — Он ее прям там в лифте и …

— Стоп-стоп-стоп. Таких подробностей про тебя, пардон, про твою героиню мне лучше не знать. Родственность еще никто не отменял.

— Короче, Маня-стажер сдалась. Босс-Дима одержал победу. Какие перспективы?

— Ну, мать… Перспективы на секс на рабочем столе…

— А в плане продолжительности такой связи?

— Марусь, ты вот меня про книжку спрашиваешь или про реальную жизнь? Он у тебя романтик?

— Еще какой, — бурчу я.

— Тогда надо выяснить, дорожит ли он этой самой связью. Сколько вы там в лифте катаетесь? Недели две?

— Два дня, — пригорюниваюсь я."

"— Блин, я облилась от скоростей нынешней молодежи. Погоди… — тетка прикрывает динамики рукой, но я все равно слышу: — Ян, дай мне полотенце и вон тут бутылку. И убери с огня останки кабачков.