Порочные сверхурочные (СИ)

Да и у меня начиняет слегка пульсировать между ног.

Поерзав немного, решаю, что нужно попить холодненького и немного остыть. Я как раз трусь у кулера в размышлениях выпить мне просто воды или рискнуть и залиться еще одной чашкой кофе. Задача сверхсерьезная, ибо кофеин может начать из меня капать, поэтому я сперва упускаю причину небывалого оживления в опенспейсе.

И не сразу улавливаю многократно повторяемое:

­— Добрый день, Дмитрий Константинович!

Шта???

Не может быть!

Он же не…

Еще как да.

Ныкаюсь за кулер и под недоуменным взглядом одной из девчонок, сидящих рядом с ним, сползаю на корточки, потому что между рядов шагает уже знакомая мне широкоплечая фигура.

Глава девятая

Ну давай же, иди к Светлане Анатольевне… А я слиняю в бомбоубежище ака женский туалет.

Но Соколов, видимо, и зрением обладает соколиным, поэтому двигает в мою сторону.

Переполненная священным ужасом, я уже смотрю начищенные мыски итальянских туфель, приближающихся ко мне.

Ять! Они останавливаются рядом со мной.

Поднимаю глаза.

С невозмутимым видом Дмитрий Константинович наливает себе в стаканчик холодной воды и медленно пьет, глядя на меня сверху вниз.

И весь его вид говорит: «Ага. Попалась. Я тебя увидел».

В моем возмущенном взгляде без проблем читается: «А попить водички у себя не судьба?».

— На войне все средства хороши, — вслух отвечает босс на незаданный мной вопрос.

А что? Мы уже воюем?

Он расценивает мое творчество, как диверсию, что ли?

Вот они, слава и любовь читателей, блин.

Дмитрий Константинович никак не высказывается по поводу того, что я скрючилась за кулером. Зато красноречиво разглядывает мои голые коленки и вырез на красном платье.

Похоже, нам обоим вспоминается сцена, где Маша у ног босса, потому что в глазах Соколова горит неоднозначный огонь, а я вспыхиваю, как спичка.

Да что ж такое-то!

Спецом приперся и маячит пряжкой ремня перед моим носом.

Однако, как я и предполагала, в присутствии генерального дерзости во мне убавляется, и все классные фразы, которые я придумала полчаса назад, улетучиваются из головы.

Бесит.

Стоит и демонстрирует превосходство.

Доминирует, он тут.

Мужлан!"

"Догадываясь, насколько стрёмно эта картинка выглядит в вытаращенных глазах не сводящей с нас взгляда коллеги, я по стеночке поднимаюсь на ноги и, вскинув подбородок, удаляюсь на свое место.

Чувствую, что Соколов смотрит мне в спину.

Очень рассчитываю, что выгляжу при этом гордо и независимо.

Это не бегство с поля боя.