Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов 2

– А нечего чужие места занимать, – я утаскиваю из горки фруктов лиловую ягоду. – И так многозначительно переглядываться. Больше двух – переглядываются все вместе… И вообще, скажите мне спасибо: теперь вы выглядите не так похоронно.

Я улыбаюсь в ответ на их удивлённые взгляды. Дарион чуть приподнимает брови. Танарэс отставляет кубок.

– Дарион, я хотел с тобой поговорить, – он снова наполняет свой кубок огненным напитком. – Ты ведь видел её сегодня?

Уголки губ Дариона опускаются вниз:

– Не надо вмешиваться.

– Уверен? – строго уточняет Танарэс. – Возможно, наша поддержка будет не лишней. И кантоны недоступны для драконов.

– Танарэс, – Дарион потирает лоб, – как это ни прискорбно, но это не наше дело.

Как же уныло на этих посиделках без Санаду! Подпираю щёку кулаком и интересуюсь:

– Я вам не мешаю? Понимаю, вы все такие взрослые, крутые, у вас свои дела. Но правда очень неприятно чувствовать себя пустым местом.

Дарион хмыкает:

– Терра.

Танарэс застывает. Мы смотрим друг другу в глаза.

И плюс я подозреваю, что некоторая доля джентльменства в поведении здесь принята: так мне кажется по Санаду, его словам, дуэлям, прочим мелким деталям.

На миг Танарэс прикрывает глаза, а затем чуть склоняет голову:

– Простите мне мою невежливость, – он накрывает мою ладонь и тянет к себе. – Меня могут извинить только переживания за дорогое мне существо, но я, конечно, не должен был забываться.

И он прижимает мои пальцы к своим холодным губам.

Ну точно джентльменство принято. Хотя я бы предпочла обойтись без этих прохладных касаний с его стороны.

– И вы простите мне мою грубость, – я тоже умею извиняться, если что.

– О, я уже забыл, – Танарэс улыбается, но взгляд его остаётся колючим.

Здесь определённо очень не хватает Санаду, хотя… Танарэс здесь только ради беседы с Дарионом или из-за Санаду тоже? Вдруг не удовлетворён моими отчётами?

Танарэс, мельком глянув на мой почти полный морса кубок, берёт свой полыхающий и откидывается на спинку кресла – весь такой хищный, пусть и подчёркнуто небрежный.

– Ещё раз простите мою вопиющую невнимательность, – Танарэс приподнимает кубок, и отблески пламени придают его мертвенно-бледному лицу живой оттенок.