Полет Стрижа

Отлетела в сторону и Ленка. Когда она поднялась на ноги, мужчины уже катались по льду, сцепившись в один клубок. Стриж почти не чувствовал правой руки, но и Алибек стонал от боли в покалеченной ноге. Пытаясь достать горло друг друга, они все дальше и дальше откатывались от берега. Ярость увеличивала их силы, они почти забыли про свои раны. Долго ли еще длилась бы эта схватка — не известно, но Волга все решила по-своему.

Раздался треск, и смертельные враги внезапно оказались в воде. Именно на этом месте восемь дней назад ушел под лед уазик с ментовским начальством.

Разжав руки, Стриж развернулся и поплыл к краю полыньи. Но тут на него сзади насел Алибек.

— Уйди, гад! — закричал Стриж, но тот лез и лез всем телом на него. — Утонем же, скотина, куда!

И только развернувшись к чеченцу и увидев его перекошенное ужасом лицо, Анатолий понял, что тот не соображает, что делает — Алибек просто не умел плавать.

— Ах ты, зараза! — Его выручил опыт работы спасателем. Поджав ноги, Стриж с силой выбросил их вперед и этим ударом отбросил от себя ошалевшего чеченца.

Тот рванулся было снова к нему, но тяжелое каменеющее от холода тело не повиновалось Алибеку, он ушел под воду с головой, потом почти до пояса вынырнул, заорал дико и отчаянно, снова ушел под воду. Еще раз показалась над поверхностью его голова, перед тем как течение затянуло его под лед.

Ленке, стоявшей в метре от полыньи на коленях, вдруг открылось под тонким прозрачным льдом до неузнаваемости искаженное ужасом лицо Алибека с открытым в последнем крике ртом.

На миг его тело словно присосалось ко льду, но потом его развернуло на бок, мелькнул характерный орлиный профиль, и оно исчезло в темной глубине. Сбросив оцепенение, Ленка поднялась на ноги, и только крик Стрижа: ""Не подходи, стой там!"" остановил ее.

— Толя, Толя! — по-бабьи жалобно, с подвыванием закричала она.

— Шарф, кинь мне шарф! — отплевываясь и борясь с оцепенением, прохрипел Стриж.

Торопливо стянув свое неистово красное кашне, Ленка бросила один конец Стрижу и, когда тот схватил его здоровой левой рукой, начала тянуть.

Анатолий почти не помогал ей, правая рука не работала, да и зацепиться было не за что. Она сделала шаг, другой. Стриж уже наполовину вылез на прочный лед. Тут она поскользнулась, упала, но и лежа, беспощадно обламывая длинные ухоженные ногти о немилосердно холодный и твердый лед, все тянула по сантиметру упрямую тяжесть из полыньи. Наконец он почти весь оказался на льду.