Покоренная графом

– Что, неужели я настолько плох? – проворчал он и тут же попытался улыбнуться.

А мисс Уилкинсон снова нахмурилась.

– Конечно, нет, лорд Эванс. Мои слова не имеют к вам ни малейшего отношения.

Алекс криво усмехнулся. Увы, расторжение помолвки имело к нему самое прямое отношение. Ведь понятно же, что он просто не сумел внушить Шарлотте, что она должна была выйти за него.

А мисс Уилкинсон вновь заговорила:

– Видите ли, леди Шарлотта все это время любила Септима Гранта, а обручиться с вами ее заставил отец.

Алекс невольно вздрогнул.

– А вы откуда знаете? – пробурчал он.

– Я только что подслушала, как она говорила это Септиму.

Алекс со вздохом закрыл глаза, а в груди его пылала ненависть… к самому себе. Каким же он был дураком! Неужели истину видели все, кроме него?

Но правда есть правда. Как бы ему ни хотелось изменить прошлое, это невозможно. И теперь ему следовало серьезно подумать о своем будущем… и снова попытаться найти себе подходящую жену.

– Мне очень жаль, – пробормотала Джейн.

"– Да, разумеется. – Но он не хотел, чтобы мисс Уилкинсон его жалела. И уж точно не хотел и дальше говорить на эту тему. Поэтому ему нужно было отвлечься. – Мисс Уилкинсон, позвольте мне все же показать вам фонтан, – произнес граф. – Моя сестра Диана очень им гордится.

– Тихо-тихо… – прошипела мисс Уилкинсон. – Шарлотта и Септим могут вас услышать.

– Мисс Уилкинсон, если они до сих пор не показались нам, то скорее всего уже давно отсюда ушли.

Чуть помолчав, Джейн тихо сказала:

– Полагаю, вы правы, милорд.

– Конечно, прав. А теперь идемте. Как только Диана узнает, что вы были в саду, она наверняка поинтересуется, как вам понравился фонтан.

Мисс Уилкинсон позволила вывести ее на поляну и, широко улыбнувшись, воскликнула:

– Ой какой красивый!

– Да, красивый, – отозвался Алекс.

В фонтане не было ничего затейливого или замысловатого, но что-то в его простоте – наряду с водой и лунным светом – придавало поляне ощущение волшебства.

Нет, никакого волшебства! Никаких мыслей, или планов, или чувств по отношению к этой или любой другой женщине… в течение очень долгого времени.

Они остановились у фонтана, и граф спросил:

– Почему вы пошли в сад одна, мисс Уилкинсон? – И действительно, это казалось ему странным.