Похищенная

— И… что это значит?

— А то, что теперь вы связаны на энергетическом уровне. И ваши жизни не разделимы. Умрешь ты — умрет он. Все поняла?

— А он вам нужен живым…

Инга произнесла вслух то, о чем канцлер тактично умолчал. Но и без его подтверждения было ясно, что это так.

— Ты умная девушка. Схватываешь все на лету. — Лоранд поднялся, продолжая говорить. — Сейчас мы должны расстаться. Онезис послал за тобой, и я не могу игнорировать его приказ. Но у меня есть способ позаботиться о твоей безопасности. Держи, — он всунул ей в руку крошечную прозрачную капсулу с желтоватым раствором внутри.

— Что это? — Инга с опаской раскрыла ладонь.

— Особый препарат. Он сделает тебя бесполезной для принца. Онезис не причинит тебе физического вреда, если не сможет получить от тебя эмоциональной отдачи.

На вкус капсула оказалась горьковатой и терпкой. Инга почувствовала, как во рту разливается легкое онемение и подняла на канцлера встревоженный взгляд. Тот кивнул, подтверждая ее немой вопрос.

— Небольшой побочный эффект.

Она не стала спрашивать, насколько это безопасно для ее собственного здоровья. Учитывая все происходящее, этот вопрос прозвучал бы смешно.

Таинственный препарат подействовал почти мгновенно. Мысли Инги стали вялыми и тяжелыми, а сознание будто заполнилось вязким туманом. Пропало всякое желание говорить, или двигаться, или думать. Казалось, любое, самое простое действие, требует неимоверных усилий. И все, что теперь хотелось, это закрыть глаза и выключить сознание, как выключают свет.

Точно сквозь сон Инга видела, как в кабинет вошел плечистый теркхай в мундире с голубыми шевронами. «Гвардия принца», — отметила она машинально, не почувствовав при этом ни малейшего всплеска эмоций. Лоранд молча кивнул ему, и тот подхватил на руки ее безвольное тело. С отрешенной покорностью куклы она скользила взглядом по потолку, пока ее несли к уже знакомому транспорту. Только там, чувствуя, как «капля» с неимоверной скоростью несется по сводчатому тоннелю вглубь станции, Инга закрыла глаза.

И все это время слова канцлера продолжали звучать тихим эхом в ее голове.

«Ваши жизни неразделимы. Умрешь ты — умрет он».

Она прокручивала эту фразу снова и снова, пытаясь вникнуть в ее тайный смысл, который все ускользал от понимания. Пока, наконец, слова не поменялись местами.

Умрет он — умрешь ты.

Вот что самое главное."

"Теперь она зависит от Алларда не меньше, чем он от нее. И это именно то, чего не сказал ей Лоранд.