Поединок. Выпуск 10

Саша выпил и устал, и поэтому, не долго думая, разделся, лег на свой диван и тотчас уснул.

Яростно рванул орудийный залп. Саша, еще просыпаясь, мгновенно сел в кровати. Комната на секунду осветилась разноцветьем, и тут же донеслось озорное детское «ура!». И снова залп.

Саша вышел во двор, где угадывалось невидимое многолюдье. Опять залп, и сверкающие букеты поднялись в небо. Рядом оказался мальчонка. Саша спросил у него:

— Это что такое?

— Салют! Наши город взяли!

— Какой город-то?

— Большой! Двадцать залпов! — объяснил мальчонка и исчез в темноте.

В восемь утра Алик барабанил в Сашино окно и декламировал:

— Я пришел к тебе с приветом, рассказать, что солнце встало!

Саша как был в трусах подошел к окну, распахнул его и осведомился хрипло:

— Который час?

— Восемь. Господи, перегаром-то несет! Ну, теперь я за тебя возьмусь!

— Что-то ты, пескарь, разговаривать много стал, — мрачно отметил Саша.

— Разговаривать мне некогда.

— Ваши когда появятся?

— А я знаю? Я доктор? Я их неделями не вижу.

— Ах, а мне Иван Павлович позарез нужен, посоветоваться!

— Со мной посоветуешься. Будь. В школу опаздываю.

— Бывай, двоечник!

Алик побежал, размахивая портфелем, на ходу обернулся, поинтересовался:

— На свой вечерний прием ты меня приглашаешь?

— Ты же все равно припрешься, — безнадежно догадался Саша.

— Приглашенье с благодарностью принимаю! И уж будь уверен — много пить тебе не дам! — издалека почти пропел Алик и исчез. Саша сморщил нос от счастья и стал одеваться.

То был его второй дом. Сюда он первый раз вошел пятнадцатилетним подростком, влюбленным в старшую сестру Алика Ларису. Потом он полюбил их всех, а Ларка стала просто хорошим дружком. Безотцовщина, шпана, он, таясь и стесняясь, признал для себя в Иване Павловиче тот мужской отцовский авторитет, без которого так часто ломается мальчишеская душа.

Саша осмотрел обе комнаты. Чистенько, уютно, бедновато. Книг, правда, много. Он подошел к полкам, ласково погладил коленкоровые корешки. Что спасло его от уголовщины? Вот этот дом и книги из этого дома.

Под Алькиной подушкой он нашел завернутую в полотенце и запеленутую в газету кастрюлю. Развернул ее и открыл крышку. От картошки пошел легкий пар и дьявольский аромат.