Погоня за счастьем

По-другому просто быть не может.

Но и тогда Дуги был неимоверно важен для него. Беда в том, что в тот раз он в самом деле обезумел, и провалы в памяти только это подтверждали. Между этими двумя событиями не случилось ничего такого, что могло бы вновь довести взрыв эмоций до такого предела…

Но Линкольн ничего не мог поделать с терзающим его страхом. Если у него отнимут Мелиссу, что тогда делать?!"

"Беда в том, что решение принимать не ему. Его будущее счастье зависит от Локлана Макгрегора, на которого, в свою очередь, влияют Макферсоны.

Его пригласили на десять утра. Он прибыл точно в назначенное время, и дворецкий немедленно проводил его в холл. Мелисса, слетев по ступенькам, подбежала к нему.

— Ты пришел! — выдохнула она.

— А ты не верила, что я приду?

— После того, что мои дяди сделали с тобой, я боялась, что ты больше меня не захочешь, — призналась она.

Линкольн нежно улыбнулся.

— Как ты могла так подумать? Твои родственники не смогли ничего со мной сделать… и не смогут, — добавил он многозначительно.

Мелисса восторженно воззрилась на него:

— Они ждут в гостиной.

— Они?

— Мама, ее старший брат и папа.

— Я чувствую себя так, словно иду на суд, — вздохнул Линкольн.

— Будь самим собой. Вот и все.

— Ты останешься здесь?

— Нет, я слышала их рассказ прошлой ночью. Па не разрешил мне присутствовать на сегодняшней встрече.

— Врушка, — усмехнулся он.

Мелисса не ответила, только подтолкнула его к двери гостиной. Линкольн набрал в грудь побольше воздуха и шагнул вперед.

Йен Первый, казавшийся коротышкой рядом с Локланом, стоял перед остывшим камином. Мать Мелиссы восседала на диване, разливая чай. При виде гостя она улыбнулась. Линкольн представлял ее совсем другой. Оказалось, что Мелисса пошла в отца и ничуть не походит на высокую, русоволосую, зеленоглазую мать.

Линкольн обратился к Локлану и стал излагать очевидное:

— Я хочу жениться на вашей дочери. Вы и без того это знаете. Со времени моего приезда в Лондон мои намерения остались прежними, несмотря на то, кем именно оказались ее родственники.

Последние слова Линкольн явно обратил к Йену.