Подстава. Книга третья

Но главный гормон стресса не так уж и плох, если в целом рассматривать. Кортизол позволяет мобилизовать силы организма, сконцентрироваться в опасной ситуации, и выжить даже в самой безвыходной ситуации. Но это как яд – в минимальной дозировке полезен, в максимальной - убийственен.

А я пересекла черту.

И сейчас все что оставалось, это фактически наблюдать за усилением состояния панической атаки.

Учащенное дыхание, учащенное сердцебиение, чувство нехватки воздуха, боль в груди, головокружение, холодный пот, тошнота.

И симптомы становились все сильнее."

"Но даже не это являлось главной проблемой - мой организм был ослаблен, нервная система истощена, стресс слишком продолжительным, и я боялась, что все может закончиться обмороком. И Эрих видимо тоже подумал об этом, раз приказал подключить Тамрана к управлению флайтом, вот только я не была уверена, что офицер с этим справится.

«Кэп, справа!» - окрик Шнура, и я ухожу от очередного захвата.

С этим всем нужно было что-то делать, долго я не продержусь, а из Тамрана летчик посредственный.

И я увеличиваю скорость. Максимально. На предел допустимости.

- Тамран, управление! - приказ, и одновременно я отпускаю штурвал и откидываюсь в кресло.

Вдох, и я мысленно переношусь в симуляцию полета. Нас учили пилотированию с девяти лет, обучая на симуляторе. Это было огромным плюсом - симулятор давал огромное пространство для маневров, и абсолютную уверенность в своей безопасности. Для нас в том возрасте это было сродни компьютерной игре с эффектом полного погружения, мы отрывались в симуляторе, и это вошло в привычку.

Поэтому из десантников выходили самые безбашенные пилоты. У нас уже к двенадцати имелась лицензия на управление военными кораблями, но нас никогда не допускали к пилотированию пассажирских экипажей. Потому что тот, первый, совершенно свободный от ограничений опыт никогда не забывался.

И вот сейчас я напряженно вгоняла себя в то, кайфовое состояние пилотирования в симуляции. И вгоняла успешно.

Казалось, сейчас поверну голову вправо, а там сидит весь на энтузиазме Челка, который азартно лупит по врагу подводными минами, а если глянуть влево, там Черепушка, мат через слово, зато пилотировал он как бог, он горел полетами. Он жил ими, его даже хотели перевести в Космический университет одно время, но Черепушка остался в десанте. И в итоге сгорел заживо при десантировании…

Не о том думаю.

Три…

Два…

Один…

Резкий выдох и открыв глаза, я сжала штурвал.