Подстава

И это плюс, но с ним вместе идет и существенный минус – повышение агрессии до ненормального уровня. И чувствуя, почти физически ощущая, как сужается зрачок, фокусируя зрение на конкретной цели, я поняла, что могу убить Эриха. Здесь и сейчас просто тупо убить, потому что я себя уже практически не контролировала.

Но убить Эриха?

Я представила себе его мертвое тело, его кровь, его смерть…

И едва дыша, я прошептала то, что потрясло даже меня:

– Я не хочу тебя убивать…

Он помрачнел и собирался что-то сказать, но я бы уже не услышала – все, барьеры разума рушились, аномальная агрессия, вместе с запредельной скоростью и силой, обрушились на меня адским желанием убивать… а я не хотела ничьей смерти.

И рванула прочь.

Быстро.

Очень быстро!

Настолько быстро, что воздух проносился мимо со свистом, деревья мелькали смазанной картинкой, а первый встречный офицер улетел на обочину со сломанным носом. Жаль, это был не нос Эриха.

И вторым был не Эрих.

И третьим.

А потом все стало ирреальным, странным, жутким.

"Что-то с хрустом и неприятным треском ломалось, что-то взорвалось, что-то грохнуло так, что я почти оглохла. Но только почти, потому что рефлексы брали свое, несмотря на боль, усталость, шок.

Отдаленно я слышала крики, скрежет металла, выстрелы… и все это было словно не со мной.

И вдруг у меня что-то отняли вообще без усилий, и холод стали сменился теплыми прикосновениями. Нежные объятия, и я, запрокинув голову, замираю не в силах даже вдохнуть. Темный взгляд серо-стальных глаз, безупречно красивых, всепоглощающих, таких любящих отзывается где-то в сердце странным теплом… И желание сопротивляться тает, как мороженное на раскаленной сковороде.

На секунду…

Всего на одну гребаную секунду, а после все сменяется беспощадной яростью, которая требует высвобождения прямо сейчас, в данную секунду, немедленно!

Удар в незащищенный живот сбил бы с ног любого, но архонт Дагрэй лишь закрыл глаза, переживая боль, а затем вновь посмотрел на меня.

Второй удар он перехватил.

Третий предотвратил, удерживая обе мои руки, и прижав к себе так, что дышать стало больно.

На миг.

Всего на миг.