Любовь между нами

Он не мог шевельнуться, продолжая разглядывать девушку, которую не замечал три долгих года. А не замечал ли? Ведь, если задуматься, каждый раз, каждый чертов раз Антон оборачивался, останавливался и пусть не внешне, но внутренне улыбался ей.

– Извинения – крайне бесполезная вещь, хоть и являются показателем того, что человек признает свои ошибки.

– Мне не стоило извиняться? – Леваков тоже шагнул навстречу, ему вдруг захотелось взять Юлю за руку, переплести с ней пальцы, почувствовать мягкость ее кожи.

– Да нет, я рада, что ты извинился. Тебе идет костюм, кстати.

– Я тебе нравлюсь? – спросил в лоб Антон.

На секунду взгляд карамельных глаз Юльки скользнул к его губам. Внутри у Антона словно водопадом разлилась нежность. В животе сладко заныло. Прильнуть бы к Снегиревой, обнять и попробовать ее вишневые губы на вкус. Назойливые мысли крутились каруселью в голове, заглушая трезвость и рациональность.

– Ого, какие серьезные вопросы, – кокетливо ответила Юля, смущенно опустив ресницы.

– Юль, я… – Антон сглотнул в попытке сказать то самое, что крутилось на языке.

– Нравишься или нет, это так важно? – создавалось впечатление, что Снегирева гипнотизировала его своим уверенным взглядом.

– Если спрашиваю, значит, важно.

– Ну… – Юлька коснулась галстука Антона, проводя ноготком по узору, а потом чуть потянула Левакова на себя, используя этот самый галстук.

"Девушка привстала на носочки и мимолетно, всего на долю секунды, коснулась его губ. От нахлынувшей нежности спину Антона опалил жар, а в глазах засверкали яркие искры фейерверков. Никогда ничего подобного он не чувст-вовал.

Этот легкий поцелуй напомнил летний дождь, когда теплые капли касаются губ, а затем медленно стекают, обдавая каждую клеточку незабываемым ощущением после знойной жары.

Она не сводила с него глаз, даря ту самую улыбку, по которой, как оказалось, Антон успел соскучиться.