Под парусами. Свободные (СИ)

Как преступник с места преступления.

- Ты был у него в палате?

Аля возникла как из ниоткуда. Еще секунду назад в коридоре никого не было, и вот она уже рядом. Чья именно палата, уточнять было лишним. Олег зажмурился. Со свистом зло выдохнул.

- Был.

- Ясно. – Она сцепила ладони в замок и резко села на скамейку рядом.

С минуту оба молчали.

- Я не смог ему ничего сказать, - хлопнув ладонью по стене, выдавил Олег. – Не смог!

- Знаю.

Собеседник оглянулся. Во взгляде сквозил вопрос.

- Знаю, потому что вижу его каждый день, - Аля опустила лицо.

- Проклятие. – Олег снова отвернулся. - Так не должно быть. Это неправильно.

- А как правильно?

- Не так.

- Ты знаешь, как? Ты был у него в палате. Каково?

- Дерь*ово. Прости…

- Не за что.

Аля до боли сжала пальцы. В глазах щипало. Сейчас бы сбежать. Забиться в какой-нибудь темный угол и плакать. Реветь навзрыд. А ведь как хорошо было знать, что он рядом. Что приедет, что поцелует... Три недели иллюзорного счастья, и теперь занавес.

Оба смотрели каждый в свою сторону: он – в стену, она – в огромное окно напротив лавки.

- И что теперь будет? – Олег выговорил с трудом. В горле першило.

Аля пожала плечами.

- Через неделю Витю выпишут. Я остаюсь с ним. А ты…

- Саша, я не хочу! Не хочу, чтобы ты оставалась. Не хочу, чтобы была с ним. – Он еще раз звонко ударил ладонью о стену. Аля вздрогнула. - И ждать я не могу. Не железный. Родная…

- Нет.

Она встала. Часы на руке показывали шесть вечера. Скоро должна была придти мама, чтобы сменить ее.

- Мне нужно идти, - Аля зачем-то застегнула самую верхнюю пуговицу на своей рубашке. - Мне нужно... - зарылась пальцами в волосы. - Прости, пожалуйста. Я знаю, что сама во всем виновата. Не нужно было…

- Саша! - Олег схватил ее за плечи, попытался притянуть к груди, но не тут-то было.

- Отпусти, - уперлась.

- Не надо, милая.

- Олег, мне и так нелегко. Молю, не делай мою задачу еще сложнее. Если бы имелась хоть одна возможность остаться, я бы осталась. Пошла бы за тобой хоть на край земли. Но такой возможности нет!

Сердце ее, казалось, рвалось на части. К глазам подступили слезы. Но права на отсрочку больше не было.

- Витю выпишут, и я... Я поеду вместе с ним, - набрав полную грудь воздуха, она продолжила, - буду жить в его квартире.