Под маской

Прошу прощенья, сэр!

― Обманщик вы, юный плут! ― сказал Чейсли. ― Вы и про свою помолвку тоже забыли?

― Нет, что вы! ― запротестовал Кит.

― Но, Чейсли, неужели вы думали, что он мог забыть об этом? ― спросил другой джентльмен.

Третий джентльмен также внес свою лепту в общую болтовню. Было совершенно очевидно, что они и не подозревают, что подшучивают над Китом, а не над Ивлином. Как только дверь захлопнулась, леди Денвилл воскликнула:

― Видишь, Кит! Я говорила тебе, как все будет! Ньюлин и сэр Джон Стритли знакомы с вами с тех времен, когда вы носили короткие штанишки, и если уж они ни о чем не догадались, то ты можешь быть спокоен!

― Тем не менее, я не спокоен, ― возразил он.

 ― А что до тебя, я удивляюсь, как ты решилась назвать меня проказником. Мама, ты неисправима! Кто, черт подери, этот придурок, которого ты поработила?

Она заразительно рассмеялась своим серебристым смехом.

― Не правда ли, он такой смешной, бедный мальчик? Но будь с ним полюбезнее: ты знаешь, ведь он поэт!

― Ах, это, конечно, все объясняет! ― сердечно сказал он.

 ― Я полагаю, что ты его Муза?

― Ну да, в настоящее время его Муза ― я, ― призналась она. ― Но это долго не продлится ― я думаю, что он способен в любой момент безнадежно влюбиться в какую-нибудь девчонку, ― возможно, совсем неподходящую! ― и совсем забыть о моем существовании. И должна тебе сказать, с одной стороны, это будет большим облегчением, потому что ужасно скучно выслушивать стихи, даже если они посвящены тебе.

Но, с другой, ― о Кит, ты не можешь понять, ― но в сорок три года все еще привлекать глупых мальчиков, это так приятно!

― Мама, ты не должна произносить этого вслух! Никто не поверит, что тебе больше тридцати трех, а может и меньше!

Это было так, но леди Денвилл, немного поразмыслив, сказала:

― Нет, ведь каждый, у кого есть голова. Кит, в состоянии сообразить, что мне никак не может быть меньше сорока трех, если всему свету известно, что тебе и Ивлину по двадцать четыре! Вот в чем вся беда! Но это не имеет значения.

Что произошло сегодня на Маунт-Стрит? Я так тревожилась весь вечер, что даже уехала домой раньше обычного!

― О, из-за этого? В самом деле, я был поражен, когда понял, что роскошный портшез, появившийся на улице еще до полуночи, принадлежит тебе.

― Да, не думаю, что я когда-либо покидала званый вечер так рано ― особенно когда я в выигрыше! ― сказала она простодушно.